– Поздравляю дипломированного специалиста! – говорит он и, обняв меня, вручает букет. – Ты все слышала, да? – шепчет на ухо.
Не могу пока ничего ответить, кроме короткого «угу». Пребываю в шоке от услышанного и сжимаю букет в руках, глядя в лицо своему парню.
Если я скажу, что не думала о свадьбе, я буду яростной лгуньей. Мы уже четыре года вместе, у нас все хорошо, без скандалов, все по любви и на взаимном уважении. В какой момент я начала примерять на себя его фамилию – не знаю, но думала об этом часто и много.
– Прости, испортил вечер-сюрприз, – виновато улыбается Сэм.
– Да нет… Как раз очень… сюрпризно получилось, – наконец я могу что-то сказать. Расплываюсь в глупой улыбке и поднимаю взгляд на ухмыляющегося папу. Похоже, он видел мое отражение в стекле окна, но решил не предупреждать Сэма.
– Так согласишься или нет? – спрашивает Сэм и нервно сглатывает. – Вечер в силе, просто хочется небольшой спойлер…
– А ты как думаешь? – шепчу я, влюбленно глядя ему в глаза. Как он может не знать мой ответ, ведь все и так очевидно.
– Мы что-то пропустили? – Радостная мама с братьями подходит к нам и смотрит сначала на отца, затем на нас. – Что-то пропустили, да? Что-то важное?
– У нас дочь замуж выходит, а так ничего особенного, – саркастично фыркает папа, и я прыскаю со смеху, уткнувшись носом в шею своего без пяти минут жениха.
Бонусный эпилог
Бонусный эпилог
Стою с Лексом возле одного из боксов, смотрю на жену, выгоняющую черный байк. Красивая, с идеальной фигурой, с забранными в хвост волосами и… с очень сосредоточенным начальственным лицом.
Сегодня первый день смотра гонщиков после восстановления и открытия трека. Главным юридическим лицом трека остался Стас Авдеев, а вот центральное управление теперь официально принадлежит Стасе. У нее есть какая-то особая стратегия работы, которую она собралась испытать, и начала это делать прямо сейчас.
Из последних новостей за два года – наша свадьба. Официально присвоил эту девушку себе и навесил серпантин в виде своей фамилии. Шаховская Анастасия Кирилловна – ну кайф же! На собственной шкуре познал, что те, кто говорит, что после свадьбы угасает страсть и жизнь скатывается в бытовуху, – вруны! Если любовь настоящая и вы действительно подходите друг другу, все будет как в первый раз, я уверен.
На сегодняшний открытый смотр приехало очень много ребят разных возрастов: от совсем зеленых малолеток до парней двадцать пять плюс. Каждый из них имеет амбиции, каждый метит попасть в основной состав трека и получить доступ к соревнованиям. Посмотрим, кто из них пройдет проверку на вшивость.
– Боже, детка, иди домой, вари борщи, – усмехается один из парней в экипировке, снисходительно глядя на мою Стасю. – Не трать время впустую!
Подошел бы и дал ему в жбан, да вот она заранее просила не вмешиваться. Рядом стоящий Лекс пихает меня локтем в бок и прикрывает себе рот рукой, пряча улыбку.
Кстати, про Лекса: без его спонсорской поддержки вряд ли бы на треке всё сделали так быстро. Их с Яном какая-то крутая разработка получила патент, и теперь эти ребята одни из самых востребованных поставщиков считывающего ПО и датчиков для гонок в мире. Как вам уровень, а?
Еще этот оболтус тоже не так давно женился. Кто б мог подумать – на своей американской сводной сестре. Да-да, той самой, на которую ему было «насрать» и при упоминании которой из него так и перли речи-обиженки. Рад за него на самом деле. Ему была необходима любовь.
– Кто привел подружку на трек? – усмехаются парни из толпы.
– Что? – с улыбкой переспрашивает Стася и, прихватив шлем, подходит к компании парней.
– Заблудилась, принцесса? – подмигивает борзый паренек и начинает ржать на пару со своими дружками.
– Это дискриминация? – улыбается она.
– Тебе соревнования все равно не светят, – подхватывает травлю другой парень. – А получить острые ощущения можно в парке на аттракционах, – гогочет он.
– М-м, – кивает Стася и поворачивается к остальным. – Кто-то еще что-то добавить хочет?
Вопрос Стаси тонет под массовым смехом. Гордо вздернув подбородок, Стася направляется к металлической лестнице и поднимается на небольшую платформу, возвышающуюся над гонщиками, опирается одной рукой на перила и громко произносит:
– Меня зовут Шаховская Анастасия Кирилловна…
– И что? – продолжают потешаться парни, и я вижу, как в глазах моей женушки разгорается пламя.
– Я – фактический владелец и главный администратор гоночной арены. Непосредственно тот человек, от которого будет зависеть ваше гоночное будущее, уважаемые тестеры. Добро пожаловать на мой трек, – самодовольно улыбается она.
Хохот затихает, испуг появляется на лицах парней, только что травивших Стасю. Полные штаны, поди, навалили со страху, что их не примут. Личность Стаси как главной на треке до последнего хранилась в тайне – сюрприз!
– Мне плевать, сколько денег у ваших родителей, трек не бедствует, как и я, – продолжает Стася. – Заучите как мантру – мне глубоко до лампочки на ваше материальное состояние. Здесь важны только мастерство и скорость. А еще дисциплина и равенство. Если подобное еще хотя бы раз повторится – я выкину вас к черту и дам наихудшую рекомендацию, ясно? Меня не остановит, даже если ваш предок когда-то вложил в развитие трека несколько лямов. Если вы собрались мухлевать, травить коллег по цеху и идти по головам, – она протягивает руку и указывает на ворота ангара, – то проваливайте по-хорошему прямо сейчас. Каждый день перед выходом на трек вас и ваш мотоцикл будут проверять ответственные люди под моим личным контролем, чтобы вам и вашей жизни на трассе ничего не угрожало. Я даю вам безопасность и уверенность в честных результатах. А вы, будьте добры, соблюдайте мои правила. Этот трек – достояние этого города и моей семьи, а значит, я буду оберегать его репутацию. Вы получили номера, вас по несколько человек будут выпускать на трассу для тестов, просьба не толпиться. У меня все.
Все так же уверенно Стася спускается и направляется ко мне, пока толпа зеленых ушлепков тихо шушукается между собой.
– Отличная речь, – улыбаюсь я.
– Я аж прослезился, – усмехается Лекс.
В глазах Стаси восторг – она собой довольна, а уж я как ею горжусь…
После завершения отборочного дня мы со Стасей покидаем трек. Но сейчас мы поедем не домой, а в другое место…
Не так давно произошло еще одно событие, которое Стася приняла, но очень болезненно. К такому даже близко нельзя подготовиться морально. Никто не вечен, мы это все понимаем, но все равно страдаем, когда родная душа уходит. Часики Дебби пару месяцев назад оттикали свое, она прожила долгую и, не постесняюсь сказать, счастливую собачью жизнь.
Чтобы хоть как-то облегчить Стасе стадию принятия, сейчас я везу ее в отцовский кинологический парк. Не думаю, что мой сюрприз залечит ее душевные раны, но, быть может, хотя бы подарит капельку света.
Всю дорогу Стася штудирует списки гонщиков в своем планшете и, только когда я останавливаю машину, осматривается по сторонам. Она сразу понимает, куда мы приехали. Я веду ее к скверу памяти и вижу, как в ее глазах начинают блестеть слезы.
– Что ты… – тихо шепчет она.
– Я решил, что она достойна, – говорю я и указываю Стасе на имя, высеченное на камне. Секундная заминка, и она поворачивается ко мне лицом.
– Тебе разрешили это сделать? Это можно? – восхищенно поднимает на меня взгляд она.
– Я здесь свой, – грустно ухмыляюсь и продолжаю, – как ни крути, а она настоящий боец. Она когда-то спасла мне жизнь, а значит, заслужила встать в ряды четвероногих героев.
– Спасибо тебе, – обнимает меня за шею Стася и прижимается губами к моим губам. Дарит короткий, но неимоверно сладкий поцелуй, после чего отстраняется и, присев на корточки, проводит кончиками пальцев по высеченному на камне имени «Дебби». – Она была моим первым и самым настоящим другом с детства…
– Я знаю, что тебе очень трудно без нее, – говорю я. – Всегда тяжело кого-то терять, – перевожу взгляд на зеленые ленточки-листья с именами.
– У них такая доля, – встает и шмыгает носом Стася, глядя на надпись. – Мы для них вся жизнь, а они для нас лишь страница.
– К сожалению, – вздыхаю я и обнимаю ее. – Наверное, ты будешь против и еще слишком рано, но я тут недавно узнал, что у сестры Дебби из питомника есть дочь и у ее дочери родились щенки… Не хочешь завести новую Дебби, понянчиться с ушастым карапузом?
Стася тихо смеется и поворачивается ко мне лицом. В ее глазах блестят радость и еще нечто загадочное.
– Собаку я опять когда-нибудь завести не против, – кивает она и кусает нижнюю губу. До сих пор схожу с ума от ее губ, таких чувственных и манящих. – Вот только называть ее Дебби я точно не стану. Моя девочка должна быть уникальна. А еще… Нянчиться нам скоро придется с другим карапузом.
Стася кладет руку на плоский живот и смотрит мне в глаза, ожидая, пока у меня в мозгу щелкнет осознание. Щелкает не сразу, но вот когда до меня окончательно доходит, все, что могу, – это улыбаться как идиот.
– Реально? – приподнимаю брови.
– В тумбочке с десяток тестов, и у врача была, – широко улыбается Стася.
– Боже мой, я так рад! – Сгребаю Стасю в объятия, задыхаюсь от радости и слышу, как она смеется. Обхватываю ее за подбородок и целую, не в силах сдерживать эмоции. Когда она отстраняется, как-то слишком внимательно рассматривает мою невероятно счастливую рожу.
– Хочу, чтобы малышу досталась твоя улыбка, – шепчет Стася. – Она обаятельная и безумно сексуальная.
Улыбаемся, глядя друг на друга, потому что все наши чувства и так понятны без слов.
– Люблю тебя, – провожу большим пальцем по ее губам. – Моя Стася. Моя.
– Мой, – отвечает она.