Тихо плачу, уткнувшись лицом в пушистую мордашку мишки. Потому что без Макара жить не получается совсем. Словно этой самой жизни просто нет.
Включив телефон, вызываю такси. Одеваюсь и, прихватив сумку с вещами и прижав медведя к груди, выхожу на улицу.
Земля полностью покрыта снегом, ноги утопают в нём. Вдыхаю полной грудью морозную свежесть. Всё же здесь хорошо. Так приятно пахнет хвоей.
Моё такси подъезжает. Водитель кладёт сумку в багажник, а я сажусь на заднее сиденье, так и обнимая медведя. Внезапно соседняя дверь открывается, и рядом со мной садится мама.
Трогаемся. Гордо подняв голову, мама смотрит прямо перед собой. А я смотрю на её профиль и ничего больше не чувствую. Ни злости, ни ненависти, ни любви.
Моя мать — эгоистка, женщина, до сумасшествия влюблённая в Геннадия Ветрова. А я была лишь средством, чтобы удержать его рядом. Сначала она соврала ему, что я — его дочь. Потом — что я смертельно больна.
Рядом с ней мне больше не хочется находиться. Я уйду. Сначала в больницу к Бондареву, потом… Не знаю, куда потом.
— Ну что ты так на меня смотришь? — шикает мама. — Считаешь, что я разрушила твою жизнь, да? Но почему ты так решила? О тебе всегда заботились, тебя холили, ты получила отличное школьное образование, теперь учишься в двух вузах. Потому что не шлялась, как все твои сверстники! Скажешь, что я отняла у тебя что-то?
— Да. Мою жизнь, мам, — отвечаю спокойно. — Мне девятнадцать, и я не помню этих девятнадцати лет. У меня их не было. Жизни не было.
— Многие бы позавидовали такой жизни, Катя.
Спорно. Очень спорно.
— Где… отец? — меняю тему разговора.
— Он… уехал… Совсем уехал, — шепчет она потерянно.
— А Руслан?
— Там, где и должен быть, — теперь она злобно цедит сквозь зубы. — В психиатрической клинике. Где-то на севере страны.
Мне горько это слышать, но Руслану и правда нужна помощь. Вот только он не виноват, что стал таким.
Мой телефон внезапно вибрирует. Я так давно им не пользовалась, что уже отвыкла. В уведомлениях — сообщение от Евы, и я пока вижу только его часть: «Сегодня наша свадьба…»
Уже сегодня?
Открываю чат с ней. Оказывается, сообщений от Евы очень много, она писала мне всю неделю. Пробегаюсь по ним глазами.
Ева: Катюш, как ты? Узнала про то, что сделал Руслан. Я переживаю. Перезвони.