Повелительница огня: Рамиль, я тут.
Фотка с геолокацией.
Повелительница огня: #и всё пошло прахом.
Этот хештег переворачивает во мне всё.
Мы же, блин, так давно попрощались! И я это принял! Отпустил… Думал, что всё, переболел! Всё! Моя страсть, любовь и одержимость этой девушкой — всё это уже в прошлом.
Я забывался с другими. И думал, что забылся.
Но нет… Я просто пытался убедить себя в этом, каждый долбаный день ощущая себя сломанным. Неполноценным.
Игнорирую звонки отца, матери, Камала. Их сообщения просто не читаю. Увеличиваю фотку с геолокацией и ошарашенно понимаю, что это Подмосковье. Тая так близко от меня?
Эта информация в голове пока не укладывается.
Давно она тут? Как долго была под самым носом?
Бросаю взгляд назад — туда, откуда приехал. Там я оставил очень много всего. Друзья, команда, семья…
Смотрю вперёд. Не видно нихрена, уже темно. Но где-то там — она.
Машина издаёт странные звуки. Походу, сейчас рванёт.
Что ж… дальше я пойду пешком…
Быстро набираю сообщение отцу.
Рамиль: Прости. Я не вернусь.
И ей.
Рамиль: Тая, я иду к тебе.
Глава 41. Восстать из пепла
Глава 41. Восстать из пепла
Купаю и кормлю дочь. Хожу с ней по комнате, укачивая. Всё делаю как бездушный робот, мысленно зарывшись где-то глубоко в себе.
Спасибо Жене, она меня больше не трогает. И, кажется, на цыпочках весь день ходит, боясь окончательно меня сломать.
Но уже поздно бояться. Я сломана. Умерла и превратилась в прах.
Когда Вика засыпает, осторожно опускаю её в люльку. Берусь за телефон, открываю свои лекции.
Женя настояла на том, что я должна учиться, пока сижу в декрете. Месяц назад подсунула мне эти курсы воспитателей. Если сдам зачёт, получу какие-то документы гособразца, с которыми меня возьмут в детский садик хотя бы нянькой. Женя считает, что это прекрасно. Вика без проблем получит место в садике, если я буду в нём же работать.
И вот я уже месяц читаю присланные мне лекции. Там ересь несусветная. И сейчас я вообще ничего не понимаю. Информация просто не усваивается.
Ухожу на кухню, делаю себе чай. Помучившись немного с лекциями, откладываю телефон. Ложусь щекой на стол.
Сначала я написала Рамилю в ВК. Но его там не было со вчерашнего дня. Потом послала сообщение на его номер. Несколько сообщений. Даже свою геолокацию. И снова в ответ тишина.
У него там свадьба. Он наверняка отлично проводит время в компании молодой жены и гостей. А я тут. Точнее мой прах.
Наконец меня прорывает на долгожданную истерику. Весь день держалась, чтобы Вику не напугать. Но дочка, видимо, чувствовала мою боль и весь день капризничала. И очень рано захотела спать.
Лёжа щекой на столе, тихо вою, в надежде, что слёзы смоют мою боль.
— Тай, я больше не могу, — слышится голос Жени. — Скажи, что мне сделать? Как помочь?
Поднимаю голову, смотрю на подругу сквозь пелену слёз. Лицо всё мокрое, губы солёные.
— Ничего не надо больше делать, — шмыгнув носом, вытираю лицо рукавом домашней кофты. — Ничего уже больше не сделаешь, Жень. А я просто дура, раз целый год ждала его. Ждала какой-то весточки... какого-то знака, что у нас ещё что-то может получиться. Но ведь его отец ещё тогда сказал, что Рамиль женится на другой. А его мать чётко объяснила, что он ветреный парень. Сегодня я, а завтра кто-то другой.
— Тай, перестань. Может, он вообще твоих сообщений не получил, — пытается найти ему оправдание.
Они и правда остались непрочитанными. Потому что на собственной свадьбе есть занятия поинтереснее, чем переписка с бывшей.
Да я даже не его бывшая, чёрт возьми! Мы были вместе ничтожно маленький срок.
Вновь ложусь щекой на стол, закрываю глаза.
— Жень, я сейчас поплачу немного, и всё пройдёт. Не переживай за меня.
— Да как не переживать? — вспыхивает она. — Давай я ему позвоню, а? Или другу его. Надо же выяснить, какого чёрта Рамиль хотел от тебя той ночью. Не просто же так звонил.
— Да уже без разницы...
— Тай… Ну Таечка… Давай что-нибудь делать уже! Хочешь, напьёмся, а? У нас в холодильнике сливовая настойка есть. Сестра двоюродная прислала. Сама делала.
Ничего не хочу.
Мой телефон коротко вибрирует от сообщения. Смотрю на него, не отрывая щеки от стола. А Женя, подавшись через весь стол, заглядывает в экран.
— Господи… Это же от него!.. — шокированно шепчет она.
Я резко сажусь.
— От кого? — просаживается мой голос до какого-то писка.
— От Рамиля! Читай!
А я не могу даже телефон в руку взять. Страшно! И руки дрожат.
— Жень, прочитай, пожалуйста.
Она хватает телефон, впивается взглядом в экран. И сначала читает про себя. По выражению её лица вообще ничего невозможно понять.
— Что там, Жень?
— Он едет сюда.
— Что?
Поднимает на меня взгляд. Уголки её губ подрагивают в преддверии улыбки.
— Он к тебе едет, Тай. Он это написал, — всё же расплывается в победоносной улыбке и разворачивает экран к моему лицу.
«Тая, я иду к тебе».
— Почему идёт? — испуганно шепчу я.
— Ну идёт. Да какая разница! — вскакивает она на ноги. — Ты чего сидишь? Вставай и быстро в душ.
— Зачем? — закрываю лицо ладонями и смотрю на Женю сквозь растопыренные пальцы.
— Ты себя в зеркале видела? — хмурится она. — На голове чёрт-те что. Бледная, убитая. Нет уж. Рамиля надо встретить так, чтобы он голову от тебя нахрен потерял. Пусть потом полжизни раскаивается в содеянном.
— Он что, правда скоро будет здесь? — неверяще шепчу я.
Слёзы мои высохли, и я вроде бы даже ожила, но теперь меня колбасит от паники.
— Да, Тая! Получается, он не женился! Ну не от жены же он к тебе сбежал?! Всё, пошли в ванную.
Хватает меня за руку, тащит по коридору. В душе настраивает воду, не переставая командовать.
— Вот этот шампунь возьми, после него твои волосы как шёлк блестят.
Покорно раздеваюсь и забираюсь под воду. Скребу тело мочалкой, промываю волосы. Едва успеваю обмотаться полотенцем, как Женя уже тащит меня в свою комнату и усаживает на стул. На кровати разложены мои вещи.
— Выбирай из этого. Всё остальное — полный отстой.
— Я же не на свидание, Жень. Мне нужно рассказать Рамилю о дочери. А ещё мне надо её проверить, — пытаюсь встать.
Женя давит на мои плечи, усаживает обратно.
— Я только что у неё была. Вика спит как ангел. Телефон твой постоянно проверяю. Пока ты мылась, Рамиль тебе опять написал.
— Что написал?
— Спросил, ждёшь ли ты его? Я ответила «да». Он сообщил, что будет примерно через час. Ты же не злишься, что я ответила за тебя?
— Не злюсь.
— В общем, приступаем, — она деловито разминает пальцы.
— К чему?
— Спецкурс от меня. Делаем красоту за пятьдесят минут. Поехали.
И она хватается за пинцет и начинает выщипывать мои брови... Потом расчёсывает волосы, укладывает их феном, создавая воздушные локоны. Наносит лёгкий макияж на моё опухшее от слёз лицо. Немного тонального крема, румян и минимум туши для ресниц.
— Губы красим? — спрашивает Женя, сжимая в пальцах помаду.
— Давай.
Я всё больше и больше ощущаю себя живой. Словно восстаю из пепла.
Женя наносит на мои губы розоватую помаду. Цвет как натуральный, почти незаметный.
— Что ты выбрала? — спрашивает она, указывая на одежду.
Поднимаюсь со стула, разглядываю вещи.
— Да просто джинсы и футболку. Чего тут думать? — беру любимые голубые джинсы.
Но футболки тут нет. Есть две блузки, их я носила, когда работала. До тех пор, пока мой живот не вырос до такой степени, что я вообще ни во что уже не влезала. Тогда пришлось разориться на платье для беременных.
— А можно всё-таки футболку? — жалобно, по-щенячьи смотрю на подругу.
— Не можно. Вот эту блузку надень и заправь внутрь джинсов. Тебе так очень хорошо будет. И ещё…
Она идёт к своему шкафу и достаёт оттуда какую-то коробку.
— Я купила тебе подарок на Новый год.
— Но ведь только октябрь, Жень!
— А я всегда всё делаю заранее. И подарить хочу тоже заранее. Открой, — отдаёт мне коробку.
С волнением приподнимаю крышку и таращусь на белое кружево.
— Это же очень дорого!
— Не очень. Я брала с хорошей скидкой. Надень его, пожалуйста. Сегодня.
— Зачем? — ошарашенно качаю головой.