Клянусь ненавидеть

Клянусь ненавидеть

Глава 1. Тая

Глава 1. Тая

Тишина в чужой квартире меня напрягает.

Мне неуютно, и я уже сто раз пожалела, что согласилась прийти.

Мы с Кирой не настолько близко дружим, но она так просила составить ей компанию, что я сдалась. Родители её куда-то ушли, нянька уволилась, и ей впервые нужно посидеть с годовалым братом.

Услышав наконец приближающийся шорох, я вздыхаю с облегчением.

Возвращается.

Я уже испугалась, что Кира меня бросила одну и надолго.

Когда ей позвонил парень, она отпросилась у меня спуститься к нему ненадолго, совсем ненадолго, сказала она, минут на пятнадцать.

Но её нет больше получаса.

Кошусь за окно. Уже совсем темно. Я не предупреждала соседку, что задержусь. А Катя обещала мне помочь с домашкой.

– Охренеть, я думал, тебя выгнали. А ты всё ещё здесь? – резкий голос заставляет меня вздрогнуть.

В первую секунду мне и в голову не приходит, что обращаются ко мне.

Ну просто я не представляю, кто и по какой причине может сказать мне что-то подобное. И всё равно, тут же становится гадко.

Я вскидываю взгляд на вошедшего, и у меня возникает дурное предчувствие. Во рту пересыхает, а пульс начинает молотить предвестником беды.

На пороге комнаты парень. Он складывает руки на груди и приваливается плечом к косяку.

Я этого типа не знаю. Кто он? Кира про него ничего не говорила. Но я сразу понимаю, что начинается какая-то плохая эра в моей жизни.

Инстинкты подсказывают бросать все и уносить ноги.

Про таких говорят «прекрасное чудовище». Его суть видна сразу. Надменный взгляд, презрительная усмешка, кривящая губы, откровенная агрессия в каждом жесте. Флюиды ненависти исходят от парня и пропитывают комнату. Моё обоняние улавливает запах алкоголя и сигарет.

Первая мысль, пришедшая мне в голову: «Шикарный подонок».

От него веет самоуверенностью, вседозволенностью и проблемами.

Я в растерянности.

Я даже не слышала, как хлопнула входная дверь. Ему можно здесь находиться? В голове судорожно перебираю, кто это может быть такой. Что мне Кира рассказывала? Её парня я видела, это не он.

– Молчишь? – зло усмехается он. – Ах, ну да. Твой рот используют для других целей.

Парень отлепляется от стены.

Поскрипывает кожаная куртка, когда он, расплетя руки, поводит плечами, как молодой хищник перед охотой.

– Я… – начинаю хрипло, не очень понимая, что нужно сказать. Вы меня с кем-то перепутали? Что вы себе позволяете? Где Кира?

Или сразу начать кричать?

Он меня пугает.

Хам делает пару шагов и падает рядом со мной на диван.

Чуть заваливается на меня, обдавая запахом парфюма:

– Для такой, как ты, непростительно упускать возможность. Перед тобой кошелёк, а ты ещё не на коленях.

Его цель – меня унизить. В этом нет никаких сомнений.

Что я ему сделала? Я его впервые вижу!

– Где Кира? – всё-таки спрашиваю я и даже не блеющим тоном, что, похоже, не устраивает пришедшего.

– А зачем нам Кира? – закидывает руку мне на плечо и притискивает к своему телу.

У меня всё обрывается внутри. В голове шумит. Паника накатывает вместе с омерзением.

– Убери лапы! – вырываюсь я из этих объятий. Подбородок дрожит, да и руки тоже.

Парень меня не удерживает, и я, вскочив, отхожу к двери.

– Что такое? Нравятся только постарше? – кривит он губы. Каждое слово как плевок. – Я тебе больше подхожу по возрасту. Да и по выносливости.

Бежать! Бежать отсюда!

Пусть Кира сама разбирается с этим неадекватом!

Он же как-то попал в квартиру, значит, это её знакомый.

Только…

Как оставить в одной квартире с таким типом, да ещё и пьяным, ребёнка?

Я прислушиваюсь к звукам из соседней комнаты.

Но малыш пока ещё спит несмотря на назревающий скандал.

И моё промедление дорого мне обходится.

Упруго поднявшись, незнакомец в две секунды оказывается передо мной.

Он всем телом прижимает меня к косяку, который больно впивается в спину, и, намотав мои волосы на кулак, заставляет поднять к нему лицо.

Оцепенение спадает, я борюсь, хочу вырваться, но парень сильнее. Развернув меня спиной к себе, фиксирует одной рукой, а другой задирает юбку.

– В такие игры ты любишь играть с ним, да? – шипит он мне на ухо.

– Отпусти меня, или я закричу! – предупреждаю я в последний раз, хотя и понимаю, что угрозы его не остановят. Он весь – адреналин, и моё сопротивление для него – только провокация.

– Конечно, закричишь. Стонать будешь, как и положено. Кто платит, тот и заказывает музыку.

Я пытаюсь лягнуть его пяткой в пах, но спиной неудобно, и мерзавцу достаётся небольно.

– Хорошая кобылка. Сейчас объездим.

Глава 2. Тая

Глава 2. Тая

Объездим?

Глаза распахиваются на всю ширину. Кажется, что рисунок деревянного косяка мгновенно увеличивается, как под микроскопом.

То есть он реально собирается зайти дальше? Не ограничится словами?

Кровь бросается в голову, смывая ступор адреналином.

Никогда!

Никогда такой ублюдок меня не коснётся!

Не в этой жизни!

Тело действует быстрее, чем формируется мысль.

Резко выпрямляю руки, не обращая внимания на то, как больно врезается ребро косяка в ладонь, и толкаюсь со всей силы. Не ожидавший такого мерзавец покачивается и размыкает руки, и у меня появляется крошечная, но фора.

Бегу в прихожую, но слышу ругань совсем рядом и понимаю, что обуться не успеваю. Да чёрт с ней, с обувью! Дверь с незнакомым замком: я потеряю драгоценные секунды.

Надо запереться в туалете!

Кира рано или поздно вернётся. Пусть она разбирается со своими маньячными знакомыми.

Рвусь к заветной двери, но подонок меня настигает.

Видимо, он не так сильно пьян, как мне показалось на первый взгляд. С координацией у него всё в норме.

А вот с психикой нет.

Я снова в плену, только теперь меня держат крепко. Всерьёз.

Теперь я понимаю, что до этого силу он не применял, а теперь его рука так придавливает меня к стене, что, сколько ни брыкайся, вырваться не могу, но я продолжаю извиваться.

– Мразь! – выкрикиваю я, чувствуя, как его бедро вклинивается между ног, лишая меня возможность лягаться и бить пяткой в его ступню.

– Ты знаешь, – цедит он, – мне этот спектакль уже надоел. Актриса ты хреновая.

Снисходительная ленца, с которой меня оскорбляли, тает, являя настоящее состояние моего мучителя. Он не просто зол. Он в ярости.

Размахиваюсь, чтобы треснуть. Отрезвляющая пощёчина будет ему в самый раз.

Но сволочь мгновенно перехватывает правую руку, будто он способен держать в поле зрения абсолютно всё вокруг.

– Его ты тоже так развлекаешь? – выплёвывает он. – Сомневаюсь. Я всё про таких, как ты, знаю…

Не всё, скотина, ты знаешь.

Я амбидекстор!

– Гори в аду! – и левой рукой полосую ему по щеке, надавливая ногтями в конце так, что выступает кровь.

– Ах ты…

– Что здесь происходит? – в тонком голосе, полном шока, я даже не сразу узнаю́ Кирин.

– Он на меня напал! – выкрикиваю я, уже вовсе не беспокоясь, что мы разбудим ребёнка. Пошло оно всё в задницу!

Мерзавец никак не реагирует на появление Киры, даже голову не поворачивает в её сторону. Отодрав мою руку от своего лица, он заводит её мне за спину и прожигает меня взглядом, полным ненависти. Я отвечаю ему тем же, только продолжаю вырываться, насколько у меня хватает возможности.

– Напал? – зло усмехается сукин сын. – Да на ней ни одного синяка, в отличие от меня.

– Вик! Ты совсем с катушек слетел? – Кира пытается его оттащить от меня за плечи. Она высокая, почти как эта скотина, только всё же не такая сильная. – Она со мной!

– И с каких пор ты защищаешь подстилку отца?

– Придурок! – отчаявшись сдвинуть его с места, она лупит его спине.

Придурок? Уж больно мягко сказано!

– Убери от меня руки, тварь! Я напишу на тебя заявление!

– Вик, это моя однокурсница! – уже чуть не плачет Кира. – Отпусти её!

В эту же секунду заходится рёвом разбуженный криками малыш.

Несколько секунд этот Вик сверлит меня ледяным взглядом, лицо его не меняет выражения, никакого раскаяния на нём нет, но руки он всё-таки разжимает.

Я, не церемонясь и не желая ничего выяснять, отталкиваю его и юркаю в туалет, закрывая за собой дверь на замок.

– Ты что творишь? – слышу, как напускается на него Кира. – Совсем, что ли, уже? Как мне Тае теперь в глаза смотреть?

Ну уж нет. Не надо мне в глаза смотреть. Я вас обоих видеть больше не желаю.

Катитесь вы куда подальше.