Он стаскивает с меня футболку и тащит к кровати.

Я по традиции упираюсь.

– Мотя, – напоминаю я.

Чертыхнувшись, Вик закрывает дверь в спальню.

Остатки одежды долой.

Влажный рот вбирает мои соски, пробуждая электрический токи между ног.

Сильные ладони стискивают мои ягодицы. Головка надавливает на пульсирующий вход в мою девочку.

– Ведьма, – выдыхает Архипов, погружаясь до конца.

В этот раз его не было полторы недели, и я снова с трудом принимаю его в себя. Обхватываю его ногами, и мир переворачивается.

Я в позе наездницы, повинуясь рукам Вика, чуть отклоняюсь назад, чувствуя, как в этом положении член давит внутри, как я сжимаюсь вокруг него. Огненная спираль прямо из сей сердцевины поднимается по позвоночнику, заполоняя всю кожу мурашками.

Архипов направляет мои движения, пожирая меня голодным взглядом.

И этот голод передается мне.

Я раскачиваюсь медленно, доставляя удовольствие себе и дразня Вика.

Что он там написал после «Королевы самообмана»?

«Яд», «Ведьма должна гореть», «Ври сколько хочешь»?

Там на два альбома.

Архипов возвращает меня из мыслей в тягучую реальность.

Ухватив меня за бедра, он прекращает мой произвол. Резкими движениями насаживает на толстый член. Колени сразу слабеют, и я, уперевшись ладонями в его грудь, позволяю ему брать свое.

И когда меня затапливает золотой свет изнутри, жаром разливающийся в каждую клеточку, я падаю на Вика, а он продолжает буравить меня, и в таком положении он продляет мою агонию.

Догнав меня, Архипов жадно целует мои губы.