Пытаюсь развернуться, но губы Рэма прижимаются к моей промежности. И меня прошивает электрическим импульсом.

Стыд и удовольствие на грани.

Запредельная интимность и смелость ласк, их порочность и запретность заставляет что-то внутри меня натягиваться и звенеть, как струна.

А Рэм целует дерзко, как целовал бы в губы.

Атакуя языком, погружаясь им между срамных складочек, собирая влагу…

Но я все равно не могу расслабиться, пока, скользнув кончиком напряженного языка вниз, Рэм не задевает огневую точку. Меня простреливает. И это выстрел на поражение.

И словно почувствовав мою капитуляцию, Рэм продолжает кружить вокруг клитора. Зуд кругами расходится по киске, вызывая прилив крови, хотя влажные губки и так налились и горят.

Локти, на которые я опиралась, становятся ватными, и я сползаю на грудь, еще больше открываясь Рэму, но с каждым новым нажатием на кнопку наслаждения, управляющую мной прямо сейчас, стеснения становится все меньше.

А бедра дрожат все сильнее.

Шероховатая ладонь успокаивающе поглаживает попку, и это почти невинное касание отбирает весь мой воздух. Я бы хотела, чтобы прямо сейчас руки Рэма тискали меня и сминали, делали хоть что-то, чтобы я могла отвлечься от острого, пронзающего удовольствия. Мне кажется, что мой личный мир катится в бездну. Вселенная терпит катастрофу.

Кусаю пальцы, чтобы сдержаться, но все равно из горла вырываются шумные вздохи, почти стоны, когда Рэм переходит на какой-то безумный ритм, понятный ему одному, делая из меня рабыню собственного тела.

И теперь я уже не могу сказать дело только в близости Рэма и моих к нему чувствах. Он достучался до моей женственности, и ответ плоти сокрушителен.

Нервы оголены, сердце бьется в ребра, бешеный смерч раскручивается в животе, меня заливает жидким огнем. Комната заполняется моими всхлипами, стоит Рэму погрузиться языком в мою горящую щелку, а когда он возвращается к клитору и втягивает его в пылающий рот, позвоночник будто крошится.

Я не могу больше. Тело выходит из-под контроля. Извиваюсь и схожу с ума от того, что возбужденные соски трутся о флок, которым обит диван. Живот напрягается все сильнее, волны дрожи прокатываются по телу одна за другой, перед глазами взрываются ярко-желтые вспышки. Я скребу ногтями по обивке, чтобы сделать хоть что-то. Влажные звуки поцелуев и стоны, я слышу, как будто со стороны.

Колючая щетина, касающаяся нежных мест, провоцирует победный марш мурашек. Меня почти знобит.

Точные электрические разряды жалят все сильнее, кровь кипит, а Рэм будто ударяет в клитор и тут же зализывает. Полухрип срывается с моих губ, когда он втягивает измученную страстью горошинку, и меня разрывает.

Я разлетаюсь на миллиарды частиц, взлетаю над рухнувшей дамбой моих эмоций, и меня затапливает оглушающая чернота.

Я в сознании. Я здесь. Я парю.

Несколько минут невесомости, сопровождающейся бешенной пульсацией каждой клеточки, и меня смывает осознанием того, что мы натворили.

Глава 45. Соня

Глава 45. Соня

Блин! Блин! Блин!

Я испытываю непреодолимое желание постучаться головой о зеркало в ванной, где я закрылась от Рэма.

Черт! Черт! Черт!

Аааааааа!

Даже не так.

Твою мать!

Вот так будет правильно.

О чем я думала? Как я это допустила?

Не могу даже себе объяснить, что меня напрягает больше: то, что Рэм все-таки залез ко мне в трусы, и я вместо того, чтобы ему втащить, млела, все позволила, да еще и кончила, или то, что это так стыдно и неловко.

Кошмар какой… И стонала так, что онлифанс по мне плачет.

Господитыбожемой… Вот дура.

Ну точно. Из отражения в зеркале на меня смотрит она самая. Чистейшая.

Да еще и страшилище.

Хорошо, что там было темно, потому что почти непострадавший от слез на парковке макияж стараниями Рэма все же превратился в боевой раскрас апачей.

От мыслей, что как раз лица-то Рэм толком и не видел, легче мне не становится.

Как только я осознала, что все зашло так далеко…

Наверное, с точки зрения Рэма я повела себя по-идиотски. Я молниеносно натянула джинсы на задницу и рванула в ванную.

– Сонь? – аккуратный стук в дверь сопровождает настороженный голос. – У тебя все хорошо?

Да охренеть как классно!

Если я завою, станет ли мне легче?

Чего я там себе раньше в воображении рисовала? Как я в шикарном нижнем белье, с идеальным макияжем, приняв красивую позу, соблазню Рэма, и он сразу поймет, что лучше меня никого нет? Форумы читала по этому самому соблазнению…

Капец.

Мало того, что не я его, а он меня. Так еще и травматично для моего самолюбия.

Попой кверху, со спущенными штанами…

Теперь Рэм точно может говорить, что знает обо мне все.

Спасла, блин, подругу… Ритка мне должна теперь по гроб жизни.

– Соня? – не отстает гад за дверью.

Хочется наорать на него и никогда не выходить наружу. Только это не вариант.

Домой надо. Но я не могу смотреть в лицо Рэму.

Слишком интимный момент он со мной разделил. И я не была к этому готова.

Я не ханжа ни разу. И к оральному сексу отношусь нормально.

Ну в теории.

На практике у меня сегодня дебют.

Когда я читала про минет и даже смотрела обучающие ролики в сети, я не думала, что это так… э… запредельно сокровенно, что ли…

Как-то в тех видео это теряется на фоне описания разных форм головок.

Черт, еще бы немного, и я могла бы узнать, какая у Рэма.

Новая волна горячей краски ударяет в лицо.

– Соня! – уже рычит из-за двери подлый совратитель.

– Да отстань! – бросаю в сердцах я. – Сейчас выйду!

Интересно, все парни такие бесчувственные?

Нервно хлопаю дверцами навесного шкафчика и благодарю Ритку за то, что она держит ватные диски на даче. Худо-бедно ликвидирую черные разводы вокруг глаз и, собравшись духом, выхожу из ванной.

Ну как выхожу.

Я приоткрываю дверь на чуть-чуть и выглядываю.

Очень умный поступок. Да. Но я сегодня в ударе.

Да я понимаю, что детский сад, но я хочу еще хоть немного оттянуть столкновение с Рэмом. Хотя куда я денусь из его машины потом?

В общем, иррационально мечусь. Крою себя и его последними словами.

Вот на кой черт он все так усложнил?

Высовываю нос. Ффух. Рэм, кажется, оставил свой пост у ванной.

Выползаю и обламываюсь.

Гад не может не быть гадом.

– Что случилось, Сонь? – оказывается, он технично стоит за дверью.

Морда мрачная, руки на груди сложены. Взгляд как дуло. Губы поджаты.

Ой.

Губы…

Я опускаю глаза, чтобы не провоцировать собственный воспоминания, но делаю еще хуже. Внушительная выпуклость в паху Рэма сообщает всем присутствующим, что он все еще возбужден.

Да ля…

– Я тебя обидел? Да скажи ты хоть что-нибудь!

– Нет, – выдавливаю я, с ужасом осознавая, что вся моя дерзость куда-то испарилась. До сегодняшнего вечера я бы точно не растерялась и нашла, что ему ответить. А тут все. Приехали. Могу только мекать. Я совсем в уме повредилась, или это пройдет?

– Тебе не понравилось?

Да ежкин кот! Он издевается? Я что сейчас должна ответить?

Было так себе? Да Рэм-то явно понял, что я кончила. Или наоборот? Все было зашибись, партия вас не забудет?

Очень хочется наехать, что это вообще не должно было случиться!

Но я точно знаю, что Рэм упрется, что договор не нарушил. Формально так и есть. Он не руками меня… Сердце опять делает кульбит.

– Сколько сейчас? – разглядывая полоски на носках, спрашиваю я.

– Без пятнадцати одиннадцать. Ты больше ничего не хочешь мне сказать?

И голос у него такой, что мне не по себе. Я Рэма знаю, он еле сдерживается.

– Я не знаю, что сказать, – честно признаюсь я, все еще пряча взгляд.

– Соня, – Рэм делает шаг ко мне и притягивает к себе за талию, а я, пялившаяся в пол, не успеваю этого избежать. – Ни на мое признание ты ничего не ответила. Ни на предложение встречаться. И даже теперь у тебя не находится слов.

– Я ответила, – не соглашаюсь я. – Я тебе не доверяю, выставила условия. Я считаю это разумным. А ты вместо того, чтобы доказать, что я ошибаюсь, ищешь пути обхода правил…

Я бубню, и голос мой становится все тише.

Горячее тело, к которому меня прижимают, сильные руки, родной запах, бугор в паху… Все это заставляет меня опять волноваться за свою соображалку.

– Я не сделаю ничего, чего бы ты не хотела. Но, Сонь. Прикидываться, что у меня на тебя не встает, это идиотизм.

Романтика от Рэма – она такая…

Я не выдерживаю:

– Придурок, как ты не понимаешь? Стесняюсь я! – выпаливаю и хочу вырваться из загребущих лап, но они только сжимаются крепче.

Сейчас ляпнет что-нибудь…

Однако Рэм меня удивляет:

– Прости.

– Просто отвези меня домой, – жалобно прошу я. – Пожалуйста.