— Ну что же ты, боец? — негромко произнес Дима, наконец. — Иди папку встречай!
Сын часто заморгал, а я не могла сдержать слез и судорожно задышала, видя, как Дима сделал пару шагов навстречу ребенку.
Где-то справа стояла воспитательница, прижав руку ко рту, шумели дети, а мы словно застыли в немой сцене.
— Папа? — прошептал Ваня дрожащим голосом, а потом со всех ног бросился к нему.
Дима едва успел подхватить ребенка, уронив трость и покачнувшись, поднял его, бережно держа руками, а сын вцепился в него, как жук, обхватив всеми конечностями и рыдая так громко и жалобно, что я не выдержала и тоже заплакала. И воспитательница, Марина Сергеевна, всхлипнула рядом, вытирая платком слезы.
— Папочка, а я так ждал тебя, — громко шептал Ваня. — Я знал, что ты живой! Что ты вернешься ко мне! Ты же навсегда приехал? Ты не уедешь больше?
— Нет, Ванюшка, я навсегда приехал. Я теперь от вас с мамой никуда.