Понедельник
Эту запись я делаю в среду. Но мне отчего-то захотелось начать вести дневник с понедельника… Я не уверена, что записывание событий станет для меня привычкой, но, пока нахожусь на распутье, это единственный выход, который я нашла.
Дилан. Он не дает мне покоя… Только не в том смысле, что он снова начал подкатывать, используя излюбленные пошлые шуточки. Вовсе нет. Я просто не перестаю думать о нем. Дилан занимает все мои мысли. Постоянно!
Пятница
А теперь я действительно делаю запись в пятницу. Которая идет сразу после ТОЙ среды.
После очередной вечеринки у Энтони Уайта я ненавижу Дилана!
Я только что вернулась домой. Целый час рыдала в подушку после того, как увидела Дилана в объятиях Челси Мур. Мама и Нат даже испугались моего состояния, поддерживали. Нат так вообще сказала, что прибьет Дилана. Ей до сих пор больше нравится Кевин, она постоянно спрашивает о нем. В последнее время мы с ней очень сблизились, часто болтаем обо всем на свете.
А что касается Дилана… Больше ни за что на свете не стану думать об этом рыжем засранце!
Суббота
Мы же просто друзья.
Дилан приперся ко мне как ни в чем не бывало, забеспокоился, что мои глаза похожи на сливы (это от вчерашних слез)… Он побежал в аптеку, хоть я его отговаривала. Делаю запись, пока жду этого негодяя. Ну и почему он такой заботливый?! Пусть бегает в аптеку для Челси Мур!
Несколькими часами позже
Зачем-то все высказала Дилану. Прочитала нотацию про беспорядочные половые связи, не забыв упомянуть о Челси… Дилан заверил, что оборвал попытки девушки сразу же, как только они начались. Пошутил о том, что хранит себя для меня…
Понедельник
Я снова была у Кевина. Прошел уже целый год, как он в тюрьме. Он заметил во мне перемены и поинтересовался, в чем дело. Мы договорились с ним не врать друг другу. Пришлось рассказать про мысли, связанные с Диланом…
«Он тебе нравится, вот что», – улыбнувшись, сказал мне Кевин.
У меня будто началась истерика в тот момент. Я стала умолять Кевина, чтобы он попросил… нет, потребовал, чтобы я его дождалась. Я говорила, что сделаю так, как он скажет, но… он видел меня насквозь. Назвал глупой, все так же улыбаясь.
Он столько раз отвергал меня. Точнее, каждый раз, когда я к нему приходила… Говорил, что мне нужно забыть о нем и идти дальше. Что даже эти свидания по понедельникам мне ни к чему!
А теперь поник. Будто все же надеялся, что я его дождусь…
Вторник, среда, четверг, пятница
Все эти дни мы готовились к выпускному балу. Гимназия просто стояла на ушах! Девчонки из группы по чирлидингу заправляли всем и только успевали давать нам команды. Это бесило. Но больше бесило то, что все эти дни я ждала приглашения от Дилана.
Он почему-то не спешил.
Воскресенье
Дилан пригласил на выпускной Челси Мур. Мне кажется, я умираю…
Бал через неделю.
Понедельник
Кевин как будто видит во мне теперь только ребенка! Он считает, если я сама позову на бал Дилана, он сразу забудет о Челси Мур… Но как бы не так!
«Сэм, ты же хочешь пойти с Диланом на бал, так в чем проблема?» – За нашу встречу Кевин как минимум три раза повторил эти слова.
Легко ему говорить! Проблема в том, что я просто не могу этого сделать! Кевину не понять… хоть он и немногословный, все же привык говорить обо всем, что думает. Он открытый и честный. Я не такая. Буду злиться, от гнева рвать волосы на голове, но ни за что не признаюсь Дилану, что мечтала пойти на бал с НИМ!
Четверг
Томми и Дин опять разругались. Оба хотели идти на выпускной друг с другом, но оба хотели идти каждый в СВОЮ школу. Мне бы их проблемы!
Так как пары у меня до сих пор не было, я, ни на что особо не надеясь, спросила Томми, не хочет ли он пойти со мной на бал. К моему удивлению, он согласился. Сказал, что собирался предложить то же самое… Но радости на его лице я не заметила. Хотя я и сама-то была не очень счастлива.
Так что иду с Томми. Вот это поворот… Надо будет хоть предупредить маму, что мы не встречаемся. Еще раз пять. Я уже сделала это столько же раз.
Суббота
День икс. Зачем я вообще до сих пор веду дневник?!
Воскресенье
Что это, твою мать, было?!
Мы все разругались… Дилан не разговаривает со мной и с Томми. Дин обижена на Томми. Он, в свою очередь, послал к чертям Дин. А я назвала его идиотом.
Надеюсь, мы найдем в себе силы помириться. Но этот выпускной уже точно запомним надолго…
Понедельник
Вчера у меня было отвратительное настроение, но сегодня я все же решила сделать запись. Расскажу о выпускном…
Начиналось все как полагается. Томми заехал за мной в семь вечера. Он был одет в элегантный изумрудный костюм-тройку: пиджак, брюки и жилетку. Под жилеткой виднелась черная рубашка с расстегнутыми верхними пуговицами. Образ дополняли темно-коричневые кожаные туфли и недешевые часы на запястье.
Я не удержалась и присвистнула при виде наряда друга. Томми улыбнулся.
Он спросил, как выглядит, я ответила, что как Драко Малфой на минималках. Блондин в изумрудном костюме ассоциировался у меня именно с этим персонажем «Поттерианы». Томми засмущался, стал оправдываться, что не смог подобрать галстук. Пришлось успокаивать Куколку и уверять, что он бесподобен. Кажется, я даже сказала, что на его фоне просто меркну. Только тогда Томми опомнился и тоже сделал мне комплимент. Такой неуверенный и робкий комплимент, что мне легче было от него отмахнуться, чем принять это бормотание всерьез..
Я выбрала черное платье фасона «русалка». Его уникальность в простоте и изысканности – расшитое блестящими пайетками, с шифоновой юбкой, обрамляющей плотную ткань. Волосы собрала в низкий пучок, чтобы шея была открыта.
Да, мне казалось, мой наряд безупречен, но Томми действительно постарался на славу. Оказалось, они с Диланом еще в начале года поспорили, кто кого переплюнет на выпускном. Пообещали, что оба не будут в черном.
«Надеюсь, он не припрется в шляпе с перьями и тростью наперевес, а то точно победит», – усмехнулся Томми.
Потом с нами случилась одна неловкость из-за бутоньерки… Зачем я вообще купила эту штуку, зная, что пойду на бал с Томми?!
Протянув Томми бутоньерку из белых ирисов и надев на запястье свои цветы, я заметила удивление в его глазах. Они прямо кричали что-то типа: «Какого хрена?», «Мне правда необходимо надеть это?» и «Что за дурацкая традиция?». Я разозлилась. Больше даже не на Томми, а на саму себя. Сказала, чтобы он выкинул бутоньерку, но в последний момент Томми выхватил у меня ее из рук и засунул в петлицу. Сказал, пусть все будет как надо, это же выпускной. Но мы оба понимали, что уже все далеко не как надо…
Я открыла дверцу такси и плюхнулась на заднее сиденье, сложив руки крест-накрест. Выждав минуту, Томми уселся рядом. Пока машина ехала до школы, мы молчали. Полагаю, оба чувствовали себя неловко. Наверное, стоило проговорить, что наше объединение в парочку на выпускном балу – просто помощь друг другу, а не жалкая попытка заставить Дилана и Дин ревновать.
Заходя в празднично украшенный зал, я нервно теребила цветы на запястье и высматривала Дилана. В какой-то момент почувствовала руку Томми на своей талии, он зачем-то прижался ко мне. От неожиданности я пихнула Томми в бок, а когда поняла, что он сделал это для памятного фото, снова разозлилась. И снова на себя! Просто неловкость за неловкостью…
После яркой вспышки глазам необходимо было привыкнуть к темноте зала. Томми, как истинный джентльмен, взял меня за руку, чтобы я ненароком не запнулась и не упала. Он проводил меня до столика и предложил выпить пунша, я согласилась. Мой кавалер ушел за напитками. Казалось бы, все начало складываться как у людей, но откуда ни возьмись появился Дилан.
Сделав комплимент, как прекрасно я выгляжу, Дилан подсел ко мне так внезапно, что я даже вздрогнула. Взглянула на парня, и сердце быстро застучало от его теплой улыбки. Я почувствовала, как вспотели ладони…
Дилан Сабовски в этот вечер превзошел Томми, себя и кого бы то ни было на этом балу, хоть пришел без шляпы с перьями и без трости. Ему очень шел темно-бордовый классический костюм, галстук в тон и белая рубашка. Уложив волосы на один бок, Дилан и вовсе стал походить на звезду.
Его позабавило мое поведение. Я молча, словно набрав в рот воды, таращилась на него. Дилан вновь прожег меня улыбкой, в шутку сказал что-то вроде «Ау! Станция вызывает прекрасную леди!» и даже поцеловал мне руку, как в старых художественных фильмах. А я… Я только и смогла, что сказать невнятное «Привет».
Дилан много говорил. Он принес мне пунша и начал философствовать. Посочувствовал, что Кевина нет рядом, сказал, что понимает, как мне хотелось бы нормального выпускного. В его тоне не было издевки, лишь теплота и забота… Наверное, чтобы добить меня окончательно, он подозвал фотографа к нашему столику, обнял меня, и наши лица навечно запечатлели. Я ощущала себя будто в вакууме, не понимала, что происходит. Дилан увидел мое замешательство и попросил не грустить, сказал, что будет всегда рядом, поддержит. И тогда меня прорвало. Я стала спрашивать о Челси Мур, почему он пригласил ее, а не меня, почему тогда в эту минуту он сидит за моим столиком, а не ее… Я совершенно запуталась!