Может, поэтому навещать родственников с ней оказалось удивительно комфортно. Разобравшись, что есть что, она довольно быстро находила себе новую компанию, как злополучного Джесси — старого колли Яра, и третировала их. Еще Эля общалась со всеми, составляла компанию каждому и радостно носилась кругами, аккуратно тем не менее преодолевая лестницу.

К пяти ее разморило настолько, что Эля уснула, приткнувшись в уголке дивана.

— Укатали сивку крутые горки, — прокомментировала Настя.

— Что это означает? — тут же поинтересовался ее младший сын Костя.

Ему принялись объяснять исходник и суть, а Мила перенесла кроху в кровать.

Можно сказать — знакомство задалось.

Отдых у брата всегда оставался отдыхом. Отношение, атмосфера, ощущение дома с уютом и теплом позволяли расслабиться и переключиться на себя и свое состояние, обычно не столь умиротворяющее по приезду, но переходящее в подобное к моменту отъезда.

Три недели пролетели моментально, хотя очень остро ощущалась нехватка собеседника. Всё же с Сержем, как начал звать его Яр, было приятно общаться и делиться эмоциями. И даже каждодневное общение это дело не компенсировало. Разница во времени сказывалась не слишком приятно. Впрочем, лучше так, чем никак вообще, понимала Мила и продолжала звонить или отвечать на звонки. Иногда сказать привет забегала Эля, если вспоминала и не была занята ничем более интересным.

Она моментально нашла на детской площадке компанию по душе, которую начала учить своим играм и радостно взялась осваивать местные. Как ни удивительно, но игры у детей различались. Так как район брата относился к благополучно-спокойным, детей можно было оставлять с минимальным присмотром взрослых. Как правило, пара мамочек оставалась со всеми пятью-семью милыми крохами. Иногда это были папы и раз-другой даже няни. Мила по первости дергалась, но вскоре перестала.

А еще она посетила кучу мест, рассчитанных на таких вот мелких, съездила с ней в Диснейленд и выбралась до Большого каньона. Конечно, по-хорошему Эля была еще маловата для такого, но парк развлечений ей понравился, а каньон напугал размерами и бесконечностью. После поездки как раз осталась неделька отдохнуть и прийти в себя, и тут Пирожочек разошлась во всю с новым кругом общения.

Сложно сказать, что именно так сказалось, но факт оставался фактом — Эля снова выросла и повзрослела.

Мила же погрязла в своих переживаниях и размышлениях. Яр занимался работой постольку-поскольку, Настя вовсю развлекала, племянники ставили в тупик логикой и размышлениями, а еще отчетливо выраженной готовностью присматривать за мелкой. И всё это настолько меняло привычный придуманный ритм жизни в гостях, что сбивало с толку. С маленьким ребенком всё оказалось совершенно иначе. Или она сама стала другой?

Нашлись новые общие темы с братом, хотя, казалось бы, откуда? Нашлись новые темы с Настей, но это понятно, материнство — тема классическая. Даже с великовозрастными подростками и то нашлось, что обсудить. Им, кстати, было интересно, и дети выразили готовность приехать на родину предков осмотреться.

Мила слегка охренела от этого заявления, но, разумеется, выразила желание видеть их в гостях и пообещала встретить, приютить и помочь со всем и вся.

Все эти новости, события, а главное — эмоции, требовалось с кем-то разделить. И лучше всего подходил почти виртуальный друг откуда-то там. Виртуальный друг только посмеивался над подобным определением, но не спорил и дружбу через сеть не прерывал. А еще поддерживал, слушал, советовал, рассматривал фотографии и высылал ответы.

Ему, кажется, понравилось, и Милу это несколько успокаивало. Она пару-тройку раз порывалась взять паузу, но тут Серж начинал интересоваться, всё ли в порядке и как у нее дела.

Многомудрая в двадцатилетнем замужестве невестка разумно посоветовала:

— Не глупи, ему интересно, поэтому продолжай. И тебе нужно, и ему занятно.

— Я напрягаю собой совершенно постороннего человека!

— С которым ты живешь вместе уже полгода, с которым съездила к его родственникам, и чью племянницу ты воспринимаешь своим ребенком. Да уж… абсолютно посторонний мужик, даже спорить не буду.

— Откуда вы все такие ехидные взялись?

— Вывелись в местных краях.

— Или мутировали, — возмутилась она.

— Ты до самой росписи в загсе будешь считать его посторонним человеком? — поинтересовалась та беззлобно.

— Ты о чём?

— Мил, вы живете вместе…

— Мы не так живем вместе, — перебила она.

— Если это единственный аспект, то поверь, он серьезной преградой не станет.

— С моей внешностью?

— Мила, твой живот волнует только тебя, — отмахнулась она.

— Да, конечно!

Комплексы, любовно взращенные с юности, никуда не делись, и живот Мила всегда закрывала. Шрамы и послеоперационные рубцы, наслаиваясь друг на друга, создавали непередаваемую картину.

— А если серьезно — ты бы поговорила с ним на эту тему.

— Как ты себе подобное представляешь?

— Легко. Напиши сообщение и спроси отсюда, а дальше будешь решать.

— Ха-ха…

— Я серьезно. Как он видит вашу дальнейшую совместную жизнь?

— Настя, совсем не смешно! — разозлилась Мила.

— Абсолютно, но честное слово, со стороны вы уже семья, чтобы ты там себе не придумывала.

— Семья означает не только совместное проживание!

— Вот сейчас я тебя огорошу, но семья — это не про секс. Ты не знала мою бабушку, она давно умерла, но с последним официальным мужем они прожили в браке лет двадцать, и секса у них не было вообще.

— В смысле?

— В прямом. Они сошлись в деревне, когда обоим было за пятьдесят. И, по словам бабушки, дед ничего не хотел, и ей оно было не нужно, так и прожили все эти годы семьей на общем быте, хлопотах и заботах.

— Но я не такая! — возмутилась Мила.

— Говорит ведущая сдержанный образ жизни девушка.

— Настя!

— Я про то же самое. Вы с Сержем моложе и активнее, и с этой стороной проблем, думаю, не возникнет.

— Настя!

— Задай вопрос, чтобы узнать ответ. Оно тебя гложет, и эта неопределенность не дает жить спокойно. Когда поймешь, как он видит ваши дальнейшие отношения, тебе станет проще. Вы или семья или соседи?

Мила фыркнула и ушла, а потом сразу, пока не потеряла решимость, задала этот вопрос голосовым сообщением и отправила его Сержу. Чтобы не ломать голову над возможным ответом, она, оставив телефон дома, забрала мелкую и отправилась развлекать ее на площадке. А там, в компании еще двух таких же активных, суетливых детей успешно переключилась на иные заботы и хлопоты.

Ответ Сержа поразил: «Наконец-то ты до этого созрела. Буду рад полноценной семье. Жду с нетерпением».

Мила прослушала сообщение раз пять, пребывая в растерянности. Нет, она, конечно, порой поглядывала на соседа с неким интересом, но не более того. Чисто женская заморочка, мол, какой экземпляр пропадает! Без мысли присвоить себе и всё такое прочее.

Она вообще какое-то время назад ушла от идеи о собственной семье сначала из-за здоровья, потом из-за круга общения, потом — возраста, а после в ее жизни появился Пирожочек. Раз не сложилось тогда по молодости, значит, спокойно проживет одна. К тому же детей нет и быть не может, больницы давно стали частью обыденности.

И что есть, то есть.

Сосед рядом воспринимался именно как сосед, не более того. Да, интересный, привлекательный, умный, веселый и достаточно чуткий, но… сосед. Хотя та же Ольга — соседка, периодически намекала — хватай, пока не убежал, а то такой экземпляр упустишь. Мила обычно смеялась и заявляла, что ждет появление охотничьих инстинктов, а они всё не пробуждаются.

Видимо, теперь проснулись, хотя Мила всё равно не понимала и не представляла…

— Мил, выкини всё это из головы, — посоветовала разумная невестка. — Ни до чего не додумаешься, но нервы себе потреплешь изрядно. Вернешься, и вместе обсудите, раз в целом он адекватный и контактный.

— Ну да, но…

— Сама придумала, сама обиделась, сама решила?

— Естественно… А как без этого?

— Давай, я тебя лучше другим вопросом озадачу, что ты из вещей хочешь забрать?

— А что есть?

И Ольга пустила ее в святая святых — свою гардеробную, где хранилось целое состояние, причём буквально. Вещи, обувь, сумки — распродажи и секонды. Результат творческого поиска и увлечения последних десяти с лишним лет.

— Вау!

— Именно. Вот тут я Эле кое-что уже набрала. А здесь, смотри, я пообещала Ярику продать треть.

— Даже так? И купят?

— Фирменные вещи, чуть бывшие в употреблении? Естественно. Уже посмотрела сайты и займусь после вашего отъезда. Но сначала скажи, что ты хочешь забрать?

— А что ты точно хочешь оставить? — встречным вопросом поразила она.

Следующие два дня прошли, по сути, в гардеробной. Мила смотрела, мерила, выбирала и передумывала. У Пирожочка таких проблем не было, она честно заявила, что ей нравится всё. Вот буквально всё, что она перемерила. А так как выбирала Настя яркое и красивое на вкус Эли, то и вопросов выбора не стояло. У Милы прошло тяжелее, а самым сложным оказалось удержаться и порыскать среди вещей брата, в том числе и набранных Настей. Хотя Серж после трех сообщений сдался и согласился на отдельные мелочи, например, он очень обрадовался идее кожаных ремней и ремешков на часы. Еще Настя смогла убедить его в парочке костюмов и в нескольких рубашках.

В общем, обратно они вылетали с тремя здоровыми чемоданами. Таща вещи, технику, лекарства и даже кое-что из игрушек. Провожали их всей семьей, даже младший племянник прилетел, чтобы потискать Элю вживую пару дней. Суетно, весело, активно и слишком эмоционально.