— Мы с Маратом договорились, что сегодня я дочку приведу в госпиталь знакомиться… — вырывается у меня досадное. А сама чуть не плачу. Ну, почему все не так?

Игорь хмурится.

— Нет, Надя. Не стоит тебе сейчас высовываться. Лучше не рисковать.

Телефон я тебе для связи свой второй оставлю. С него с Маратом поговоришь, когда приедем ко мне домой.

Я вздыхаю. Молча смотрю в окно на то, как утро уверенно прогоняет сумрак и вступает в свои права.

Думаю о том, какие они все же разные — Игорь, Марат и Глеб.

Какая неведомая сила держит их вместе? Игорь — сноб и единственный ребенок состоятельных родителей. Глеб — совершенно из другого теста. Несдержанный, угрюмый, всегда грубый. Марат — младший сын в семье, который выбрал правосудие вместо бизнеса. После смерти отца он непрерывно страдает из-за конфликтов с собственными родственниками.

На чем основана дружба этих троих? Мне не разгадать их секрет.

Глава 36. Надя

Глава 36. Надя

Игорь посматривает на меня в зеркало заднего вида.

— Надя, ты… прости нас за то, что мы три года назад тебе не поверили, — произносит виновато. — Просто навалилось все тогда. И ты без поддержки совсем с ребенком осталась.

Я выпрямляю спину. Почему-то по телу прокатывается нервная дрожь.

— Ничего, — выдыхаю, глотая слезы. — Главное — мы выжили. У Марата есть дочь, и теперь он об этом знает.

Игорь качает головой.

— Нет. Не по-мужски это. Так не должно было случиться, — говорит глухо.

— Что случилось, то уже не исправить. Зачем ворошить?

— Я постараюсь помочь твоей сестре. То, что ты рассказала о ней и Дамире, это незаконно. У тебя есть с ней какая-нибудь связь?

— Нет. Это опасно. Вчера ее могли убить! Это вообще чудо, что документы попали к вам, и никто из людей Дамира не пришел раньше!

— Знаю. Поэтому вы с малышкой едете ко мне.

— Глеб может что-то знать. Лиза — алиби Дамира на вечер, когда убили Марьяну.

— Точно. У него и уточню. Сейчас вас с малышкой устрою и займусь этим вопросом.

Машина подъезжает к сверкающему роскошью жилкомплексу. Здесь все идеально — две современных детских площадки, места для отдыха, фонтан, а главное — круглосуточная охрана, которая ни за что не пустит за высокий забор чужаков.

Охранник бдительно досматривает пропуск Игоря, а потом дает добро, и шлагбаум поднимается, разрешая машине заехать на территорию комплекса.

Мы въезжаем на подземную парковку. Игорь оборачивается к нам, приветливо улыбается.

— Почти приехали. Можете выходить, девочки.

Васька не шевелится. Таращит свои глазенки в окно и молчит. Ее все пугает — полумрак на подземной парковке, наш новый знакомый, неизвестность, которая ждет впереди.

Но выбора нет — я уверенно подхватываю ее на руки и вытаскиваю из машины.

— Нет! Не пойду! Не пойду! — упирается она. Брыкается, плачет.

— Пойдем, доченька. Тебе понравится в гостях у дяди Игоря, — пытаюсь уговорить ее я.

Но Васька напугана не на шутку.

— Игорь, идем скорее. Может, в лифте успокоится? — прошу я.

Мы устремляемся к лифту — я с ревущей Василисой, Игорь с нашими сумками.

Лифт распахивает свои двойные двери и приветливо сообщает, что собирается подниматься на седьмой этаж. Василиса затихает. С любопытством вертит по сторонам головой. Зеркало на всю стену и мигающие кнопки лифта поглощают ее внимание.

Вот и нужный этаж. Игорь ведет нас к двери своей квартиры. Отпирает ключом, пропускает нас вперед.

— Так, квартира у меня двухуровневая, наверху моя спальня и рабочий кабинет, туда лучше не соваться, в кабинете много документов, а вот спальню на первом этаже можно занимать. Гостиная общая, кухня в вашем распоряжении, — отчитывается он. В кармане его пальто уже вовсю трезвонит мобильник.

— Да, я слушаю, — отрывисто произносит в трубку он и выходит в гостиную, где продолжает разговор.

А я… я спускаю Василису с рук и ошеломленно осматриваюсь по сторонам. Нет, я, конечно, знала, что Игорь — наследник приличного состояния, но я и представить не могла, что такие роскошные квартиры существуют в реальности. Здесь все идеально — интерьер настолько ладно вливается в пространство, что мне страшно дышать.

Игорь снова появляется в холле.

— Вы почему не раздеваетесь? — изумляется он. — Все, вы теперь дома. Пока Марата не выпишут, будете жить здесь. Сейчас выдам вам комнатные тапочки, у меня есть специальный набор для гостей…

— Игорь, я боюсь что-то испортить. Тут все так стерильно… А Василиса очень любит и красками рисовать, и фломастерами.

— Не парься, Надь. Свой кабинет я запру на ключ, а остальное уберет горничная. Она приходит три раза в неделю. Будет надо, придет чаще.

— Не надо горничную! — пугаюсь я. — Я сама все уберу. И поесть приготовлю.

— Вот давай без глупостей, а? Ты в гостях. Еду я заказываю в ресторане на первом этаже, у них, кстати, отличная кухня. Стоп, вы же не завтракали? Сейчас все организую и поеду по делам.

Я не успеваю возразить, как Игорь уже набирает короткий номер и делает заказ на две персоны, включая детское меню.

Пока он делает заказ, робость Василисы сменяет любопытство, и она срывается с места. Бежит по холлу, в сторону красивой лестницы, ведущей на второй этаж. Мне едва удается ее поймать у края.

Игорь появляется за моей спиной.

— Надя, вот мой второй телефон. Там есть номер Марата. Но лучше подожди, пока он сам тебе позвонит. Я сейчас к нему заеду, все объясню. На всякий случай тему, из-за которой вы здесь, по телефону лучше не обсуждать. Еду доставят через тридцать минут, откроешь дверь, заберешь. Кабинет я запер, можешь не волноваться. Ванная комната на первом этаже в твоем распоряжении. Что нужно, можно заказать в доставке. Все, уехал по делам.

— И пенную ванну можно сделать? — осторожно уточняю я.

— Конечно. Все, что вам надо, можно заказать в доставке. Надеюсь, о том, что из квартиры пока лучше не выходить, напоминать не надо?

Я стою, растерянная, посреди просторного холла, и не знаю, как подобрать слова.

— Спасибо, Игорь. Даже не знаю, как тебя отблагодарить, — произношу робко.

— Тебе не за что меня благодарить, Надя. Мы все перед тобой виноваты.

Он подмигивает заплаканной Ваське и стремительно покидает квартиру.

Я растерянно рассматриваю себя в зеркало в пол, которым украшена стена напротив встроенного гардероба. Ничего себе, приключение у нас с Василисой!

— Дочь, раздевайся и пойдем, посмотрим нашу новую комнату, — зову малышку.

Она уже не плачет. Любопытство и восторг захлестывают ее маленькую головку. Дочка позволяет снять с себя верхнюю одежду, и я тут же прячу наши вещи в гардероб. Не хочу испортить идиллию, которая царит в этой квартире. Даже комнатные тапочки для гостей упакованы в пакеты. Такое ощущение, что я попала в отель «все включено».

Переобувшись, я робко веду Ваську через красивую гостиную в дальнюю спальню.

Мы с ней никогда не жили в такой роскоши. Она ошеломлена не меньше меня, но быстро осваивается. Носится по спальне, как угорелая, заглядывает в каждый угол. Строит рожицы у строенного в комод зеркала, прыгает по большой кровати, запутывается в плотных гардинах, которыми украшено окно, и я едва успеваю ее поймать за руку, чтобы она не упала.

— Мамоська, это замесятельно! — оказавшись у меня в руках, смеется она.

Звонок в дверь напоминает о том, что нам доставили завтрак.

Я забираю плотный пакет со снедью, несу его на кухню. И снова теряю дар речи. Здесь даже ходить страшно, не то, что есть — все в сдержанных кофейных оттенках и безупречно сверкает чистотой. Но Василиса уже забирается на высокий стул, и мне ничего не остается, кроме как достать завтрак. Там горячие блинчики с клубничным джемом, рисовая каша на молоке и круассан с семгой и мягким сыром. Пахнет все восхитительно.

— Мама, а мы на кулолте? — спрашивает Василиса, озадаченно трогая пальчиком клубничный джем.

— Можно и так сказать, — соглашаюсь я.

— А папа? Когда плиедет?

— Будем надеяться, что скоро.

Я подхожу к кофемашине и делаю себе чашку кофе. Что ж, здесь мы хотя бы в безопасности.

Глава 37. Марат

Глава 37. Марат

С утра я старательно бреюсь у зеркала и раковины. Освещение, конечно, не самое лучшее, да и плечо ноет, но я стараюсь. Два раза режусь, все от того, что дрожит рука.

С ума схожу от беспокойства за свою семью. Что случилось у Нади? Почему она так долго тянула, позвонила только под утро? За маленькую Василису я и вовсе готов все что угодно отдать, лишь бы она не болела. Особенно теперь, когда выяснилось, что дочь моя.

Звоню Наде, набираю снова и снова, но в ответ отбой. Потом короткий звонок от Игоря:

— Марат, ребенок в порядке. Расскажу при встрече.

— При встрече? Что это значит?

Не понимаю. У него других дел нет с утра, что ли? Уж мне ли не знать плотное расписание своего адвоката? У него сплошняком то судебные заседания, то консультации. И воскресенье не исключение.

— Я сейчас подъеду, — перебивает поток моих сомнений Свиридов.

— Да что случилось?! — не унимаюсь я.

— От брата твоего привет. Повторяю, объясню при встрече.

— Твою ж мать… Они целы?! Надя и дочка?!

— Да, все хорошо. Скоро буду.

В трубке раздаются короткие гудки.

Шумно выдыхаю. Нет, они меня однозначно решили свести с ума — что Надя, что Свиридов.

Открываю дверь ванной комнаты и замираю в изумлении.

У окна спиной ко мне стоит женщина. Эту женщину я никогда не спутаю ни с кем другим. Четкая, ровная стрижка каре с идеальной укладкой, горделивая осанка, стильное платье миди из шерсти, сапоги на благородном каблуке. Несмотря на возраст, Эндже Сабирова держит марку.