Не красавица и Чудовище

Не красавица и Чудовище

Глава 1 и 2 - Не красавица

Глава 1 и 2 - Не красавица

Глава 1

- Я же вам уже объяснял. У вашей жены никогда не будет прежней внешности. Никогда. Последствия аварии исключают это полностью. Хирурги пытаются создать какую-то другую, по возможности эстетическую версию. Но какой будет результат мы предсказать сейчас не можем. Вы хотите сами сообщить ей это? Или доверяете сделать это мне?

Подслушивая, как мой хирург говорит с мужем, в шоке сползаю по стене вниз, трогая загипсованное полимером лицо и торчащие спицы.

Вспоминаю персонажа из "Восставших из ада", со спицами в лице.

Я никогда не буду собой больше??

- Сейчас я вас очень прошу не стрессовать ее своими чувствами, - продолжает Линар Александрович. - А обнадежить, что решение проблемы есть.

Я помню только аварию и оглушающий удар в нос. Больше ничего...

Проснулась как мумия. С бинтами на лице, шее и руках.

И мне никто не сказал, что я... потеряла лицо. Нет, я конечно, между порциями снотворного догадывалась, что гипс и спицы на моем лице неспроста...

А так, я почти все время спала под препаратами. Когда приходила в себя, был либо Костя, который в основном обвинял и ругал, что я села за руль в гололед на голой резине, либо был мой врач - Линар Александрович... Всегда уставший, немного циничный и резкий, запрещающий мне истерить. Но зато с забавным чувством чёрного юмора.

Два раза приходила мама.

Лежу, вспоминаю ее визиты. "Ничего-ничего, Белка... главное жива. Руки-ноги - целы. Работать сможешь. А красавицей ты у нас никогда не была и так. Ничего-ничего...".

Лучше бы не приходила.

Потом как-то через ее телефон звонила сестра Геля: "Ладно, Белка, не всем быть красавицами. Живут и так люди. Можно я твой шёлковый шарф заберу? Мне к платью нужен.".

Геля вышла у мамы красивая, а я нет. Хотя назвали меня перспективно - Изабеллой. Но... выстрел был холостой! Поэтому, Беллой меня никто никогда не звал. Только Белкой. И так повелось, что Геля с детства выпрашивает у меня все красивое для себя. И я отдавала... она младшая... ей и правда всё идет больше.

Но в этот раз, словно что-то щелкнуло внутри.

"Нет. Нельзя. Он мой..." .

И тут же выволочка от матери: "Ну уж шарф сестре пожалела! Куда он тебе сейчас?"

А вот обернусь в шелка и буду медленно ползти в сторону богадельни! Или мне теперь не жить вообще?!

Прошу ее больше не приходить.

"Кому ты сейчас кроме меня нужна-то?"

Мужу. Нужна же?

- Подождите. Она будет изуродована? - слышу Костин голос с нотками претензии. - Сильно??

- Ваша жена выжила и это чудо. Мы сшивали ей сонную артерию. У нее сохранены глаза, зубы, мимика и достаточный ресурс кожи для эстетической пластики. Мы проделали фантастически хорошую работу. Собрали кости. Да, иначе. Но сейчас ей нужна уже эстетическая операция по реконструкции мягких тканей. У нее прекрасный прогноз! Хирурги попробуют сделать из нее красавицу.

- А с чего вы взяли, что нам это нужно. Мы хотим вернуть все как было.

- Я еще раз объясняю... - терпеливо.

- Понял, ладно. Реконструкция, да?

- Да. Но это... недешево.

- Сколько?

- Девятьсот тысяч, если попадёте в программу. Но на квоты вперед берут детей, должен предупредить.

- А если не попадем?

- В два раза дороже.

Тишина.

- Я не понимаю за что такие деньги, честно говоря? - раздраженно. - За несколько часов работы пластического хирурга? Это уж слишком.

- Для женщины лицо это жизненно важно. Вы же муж. Ищите возможности. Хирурги сделают ее снова красивой.

- Не знаю... В общем-то она и не была красавицей, если уж честно, - вдруг задумчиво произносит Костя. - Может и так... будет ничего.

И я... кажется, сейчас потеряю сознание от того, как это низко и предательски с его стороны.

"Ничего"?!

- Она знаете... просто была... милая и забавная.

- "Была"? Ваша жена жива, слава Богу.

- Я к тому, что не за внешность ее... в общем, выбрал.

- Не думаю, что потерявшая лицо женщина будет забавной. Но воля ваша, - чуть хамовато произносит Линар Александрович. - Кто сообщит ей?

- Вы... Вы, наверное, умеете. Хотя, нет, подождите. Я. Хотя, нет... Черт. Мне надо подумать.

Подумать?

Держась за стеночку, поднимаюсь и ползу обратно к своей кушетке. Ходить сложно. Я встала только вчера на ноги. Действует лекарство. Иначе, я бы уже наверное билась в истерике.

Миллион восемьсот. У меня их нет. Я их не заработаю. Даже если пойду работать простигосподи какой-нибудь. А я не пойду. Да и кому нужна простигосподи без лица?

Скребу на автомате ногтями по полимеру на лице. Ноет всё, зудит... Что там? Версий множество. От Гуинплена до Франкенштейна. Я буду такая "забавная", раз уж "некрасавица". Пойду в цирк уродов. Сколько там платят? Наскребу на пластику?

Мне хочется разломать гипс и посмотреть.

Но зеркал в палате нет. Никто не позаботился принести мне зарядное на телефон. Я бы хоть сфоткалась...

Никогда не любила свое лицо. Боже, какая же я была дура! У меня были чудесные глаза и улыбка. Разве этого было мало?

Придерживая корсет на ребрах, ложусь на спину. Смотрю в потолок. Перевожу взгляд на стойку с капельницей. Мне хочется ударить мужа ей. Первый раз в жизни хочется ударить его!

А еще, я надеюсь, что это просто такая версия мужской истерики. Он просто в шоке, да? Истерика сейчас пройдёт. И Костя зайдёт ко мне, скажет, что все хорошо. И он обо всем позаботится. Не за внешность полюбил - это же не оскорбление, да?

В последнее время у нас было не очень. А когда было хорошо?

Почему я вышла за него вообще? Напомните мне, дуре? Помимо того, что Костя умел ухаживать и был первым красавцем на факультете? Ну... Костя был... упорядоченный и "безопасный". Мой отец - нет. А Костя был такой безопасный, такой правильный... Именно то, чего мне не хватало.

Заходит не муж, а Линар Александрович.

- Я все слышала... - мычу я.

Говорить в моей "железной маске" не просто.

- Кто тебе разрешил вставать?

- Не отвлекайтесь. Что там? Я урод?

- Не урод, нет. Это все будем завтра снимать. Все у тебя на месте - нос, челюсти, скулы, брови, мы тебе даже прикус подправили, но есть нюансы.

- Нос - это конечно спасибо. А нюансы - это то, что он на лбу?

- То, что он без горбинки. Пришлось брать из ребра ткани, чтобы восстановить его. Я покурю в окно, ты не против?

- Курите...

Можно прямо в меня! Самое время начать.

Накрывает меня вторым одеялом. За окном снежно... Чувствую поток свежего воздуха.

Промаргиваю слезы.

- Не сметь рыдать, - строго. - У тебя шов на веке.

Шмыгаю стойко носом.

- Короче, так... Супруг твой на пластику не настроен. Очереди по квоте ты будешь ждать ни один год. У меня есть сомнительное предложение, коллега.

Я заканчивала мед. Наверное, ляпнула под наркозом?

- Жгите.

- У моих ординаторов практика. Я могу им выложить тебя как экспериментальный образец для проб и набивания руки. Прямо завтра.

- Супер. Все-таки, Франкенштейн. Один глаз будет азиатский, второй с поволокой, потому что на него уронили скальпель. Да?

- Ну... Не исключено. Но я обещаю, что буду следить за каждым штрихом. Ты напишешь согласие на это. Отказ от претензий за результат. С тебя возьмут деньги только на реабилитацию.

- Сколько?

- Примерно триста. Если будешь заживать без приколов, то сумма уменьшится. Будут осложнения, увеличится.

В этот момент все приличные женщины должны снимать с пальца обручальное кольцо с бриллиантом. Грустно отдавать доктору, сообщая, что это покроет все расходы. Но мое кольцо из белой керамики. Это показалось Косте нежнее и оригинальнее золотого с бриллиантом. Да и то лопнуло при аварии. Начнёшь тут понимать восточных женщин. Которые без махра замуж ни ногой!

- Мужу сообщать не советую. Отговорит.

- Почему?

- Потому... - с ноткой недовольства.

- Я, увы, безработная сейчас.

Муж убедил уйти с работы.

- И в ближайшее время вряд ли меня куда-то возьмут. Или вы знаете вакансии для Франкенштейнов?

- Поищем... А, кстати... Есть у меня один вариант, - щёлкает пальцами. - Если опять же, будешь заживать без приколов.

- Клянусь, не прикалываться с этим! Хороший вариант?

- Нет. Отвратительный. Но платить будут нормально, если удержишься.

- А что там?

- Уход за большим домом и... "питомцем" с дурным характером.

Он так произносит "питомцем"...

- Чудовищем каким что ли? - подозрительно пытаюсь скосить глаза.

- Таки да. Чудовище серьёзное. Ты должна будешь не попадаться ему на глаза. Не нарушать его пространство. Ничем не раздражать. Чтобы он не ощущал тебя в доме.

Трогаю опять пальцами лицо.

Не попадаться на глаза отныне моё новое кредо.

- Я согласна.