Мистера Торнтона больше мучило не то обстоятельство, что Маргарет дала ложные показания, – хотя девушка считала, что он презирал ее именно по этой причине, – а то, что сказанная ею ложь имела отношение к другому возлюбленному. Он не мог забыть их нежные взгляды, говорившие о близком доверии, если даже не о любовной привязанности. Эта мысль постоянно жалила его. Куда бы он ни шел и что бы ни делал, яркий образ этой пары стоял перед его глазами. В дополнение ко всему (мистер Торнтон сжимал зубы, когда вспоминал об этом), они выбрали для встречи поздний час и удаленное от дома место. Его благородная душа сначала заставляла думать, что их встреча у станции Аутвуд могла быть случайной, невинной и вполне оправданной. Кроме того, Маргарет имела право любить и быть любимой. И разве он мог отказывать ей в этом? Разве ее слова не были до жестокости ясными, когда она отвергла его любовь?

Однако Маргарет не походила на легкомысленную женщину, которую можно было бы подбить на долгую прогулку в поздний час. И эта ложь, скрывавшая что-то тайное или неправильное, тоже не соответствовала ее характеру. Он отдавал должное ее честной и справедливой натуре, но ему было легче верить в то, что она недостойна его уважения. Именно это и делало его несчастным. Он страстно любил ее и постоянно думал о ней – даже при всех недостатках. Маргарет превосходила любую из женщин, которых он знал. Однако она, по его мнению, была так привязана к другому мужчине, так поглощена влечением к нему, что переступила через свои честные принципы. И очернявшая ее ложь служила доказательством того, как слепо она любила своего избранника – смуглого, стройного и элегантного мужчину, столь не похожего на такого грубоватого и сурового парня, как он.

Мистер Торнтон изводил себя ревностью. Он вспоминал взгляды Маргарет и незнакомца, их жесты, когда они говорили друг с другом. Он положил бы жизнь к ее ногам за такую нежную близость, за возможность быть ее возлюбленным. Мистер Торнтон посмеивался над собой при оценке того момента, когда она бросилась защищать его от ярости толпы. Но он видел, какой мягкой и очарованной выглядела Маргарет, находясь рядом с любимым человеком. Ему вспомнились ее язвительные слова: «Любой мужчина в той толпе вызывал у меня столько же сострадания, сколько и вы». В своем желании предотвратить кровопролитие она уравняла его с толпой. Но тот мужчина, тот тайный любовник, был для нее единственным. Страстные взгляды, слова, рукопожатия, ложь, отчаянно скрываемая тайна – все принадлежало только ему одному.