— Вот вы нам об этом и расскажете, очень просим!..

— Ваше мнение, как знатока искусства, исколесившего весь мир, для нас весьма интересно.

— Полезно послушать, просим, просим, Василий Васильевич! — раздались голоса сотрудников посольства, окружавших художника.

Верещагин сел поудобней на широкий кожаный диван и начал рассказывать о своих наблюдениях и впечатлениях.

— Так вот, друзья мои, хотя Япония отрезана от мира, ограждена морями и океаном, однако искусство здесь мне кажется занесенным извне. И прежде всего — из Китая и Кореи. Но японцы не были слепыми и тупыми подражателями иноземной культуры. У японцев обнаружилась своя, тонкая чувствительность в понимании художеств, отчего китайское и корейское влияние стало со временем слабеть, уступая место быстрому и активному проявлению японской самобытности во всех видах культуры и искусства. В древние времена, как и у нас в России, и на Западе, японские живописцы увлекались религиозными сюжетами, писали их в виде фресок на стенах буддийских храмов. Необъятный мир японских сказок, военных событий также нашел своих певцов.

— Какие формы вы имеете в виду? — спросил кто-то из слушателей.

— Три формы, — сказал Верещагин. — Это так называемое, какемоно — рисунок на продолговатом куске шелка, наклеенного на холст, макимоно — картины в свитках и гаку — картины в багете, последние встречаются не часто. Девять веков тому назад здесь уже существовали школы или, вернее, направления живописи. Была такая школа Ямато и Тоса. Художники этой школы прославляли феодальную знать. Благородства в направлении этой школы, на мой взгляд, никакого, но художники того времени понимали, что возвеличить в искусстве феодала — это значит иметь богатого покупателя и властного покровителя. Как видите, вдохновение в роли товара выступило на арену человеческих отношений в Японии (да и не только здесь) давным-давно. Это и хорошо и плохо. Хорошо, что феодализм в Японии покровительствовал живописи, но плохо, что ограничивал художников в выборе сюжетов, сдерживал их инициативу, убивал свободу творческой мысли. Особенность японской живописи очевидна для каждого: здешние художники не признают светотени, пренебрегают перспективой, не хотят знать анатомии в живописи. Своя техника, своя манера. Позднее стали появляться в Японии художники, подвижники своего дела, близкие к реализму. Одним из первых был Иваса Матахеи, выходец из народа. Впервые, полтораста лет тому назад, он стал зарисовывать сцены из народной жизни, считавшиеся до него непозволительными в искусстве. Он же пренебрегал однотонной традиционной японской живописью, умело и широко пользовался разноцветными яркими красками. Если у вас еще найдется время, советую побывать в музеях и обратить внимание на работы этого мастера — нарушителя закостенелых традиций в японской живописи…