Дождавшись конца перевода, Гарриман добавил:

- Я думаю, маршал Сталин, что вы были, вероятно, единственным человеком в мире, который получил последнее послание Рузвельта. Кстати, я вчера также получил личную телеграмму от президента. Тон его телеграммы свидетельствовал о его бодром настроении.

- Таким образом, господин Гарриман, смерть президента наступила внезапно, - сделал вывод Сталин.

- Да, внезапно, маршал Сталин, - подтвердил американский по сол. - но я пришел к вам, полагая, что у вас возникли вопросы о положении в Америке.

- Я полагаю, господин Гарриман, что в политике Соединенных Штатов не произойдет изменений?

Американский посол солидарен с этим выводом:

- Да, я убежден, маршал Сталин, что во внешней политике Америки не произойдет изменений. Вчера я говорил господину Молотову, почему президент избрал Трумэна в качестве своего заместителя. Трумэн всегда разделял и горячо поддерживал программу президента.

- Советское правительство полагает, что Трумэн будет продолжателем дела Рузвельта. Со своей стороны Советское правительство окажет ему в этом поддержку.

- Я передам президенту Трумэну это ваше весьма важное заявление, маршал Сталин, - заявил Гарриман:

В заключение встречи Сталин сообщил американскому послу, что 13 апреля Красная Армия заняла Вену. Нужно, чтобы американцы и англичане послали своих офицеров в столицу Австрии для разграничения там зон оккупации между войсками союзников, включая Францию.

Поздно вечером 15 апреля, почти одновременно, командующие 1-м Белорусским и 1-м Украинским фронтами маршалы Жуков и Конев доложили в Ставку о полной готовности своих войск к началу Берлинской операции.

В пять утра 16 апреля, по плану, гром артиллерийской канонады разорвал предутреннюю темноту Кюстринского плацдарма. В течение двадцати минут на боевые порядки врага обрушилось свыше полумиллиона снарядов и мин всех калибров. Бомбардировочные соединения 4-й и 16-й воздушных армий Вершинина и Руденко нанесли массированные удары по штабам противника, его артиллерийским позициям, третьей и четвертой траншеям главной полосы обороны. Оборонительные объекты в глубине, на Зееловских высотах подавлялись бомбовыми ударами 18-й воздушной армии Главного маршала авиации Голованова.

Характерной особенностью начальной фазы Берлинской операции в полосе прорыва 1-го Белорусского фронта явилось применение зенитных прожекторов для ослепления противника. Всего было задействовано сто сорок три установки. Они были расположены по фронту на удалении до двухсот метров один от другого и в полукилометре от передовой. Их ослепляющие лучи пронзали боевые порядки 9-й армии Буссе на глубину до пяти километров, выхватывая из темноты объекты атак для нашей пехоты и танков. Это была картина огромной впечатляющей силы.