– Мне все ясно, – опытный адвокат уже прочитал всю ситуацию без лишних пояснений.
– Остается одно – ствол уволок тот, который Андрей, – рассуждал капитан. – Надо же, жертвой прикинулся, науськал нас, паршивец. Поймаю засранца. Вероятно, он и стрелял.
– Слышь, молодой! – Илья позвал Виталика. – Там в траве не твой ствол? – Илья соображал в тысячу раз быстрее полицейских.
Стажер незамедлительно кинулся в указанном направлении, схватил свой пистолет и проверил магазин.
– Всего одной пули не хватает, – сказал Виталя. Ее сейчас как раз достают из ноги Руслана. – Ты постарался, говнюк! – он обратился к Глебу.
– Кто тогда стрелял?! – спросил капитан.
– Кто-то другой, – ответил Виталий.
Илюха усмехнулся:
– Вы поразительно догадливы, господа полицейские, – на него сию же минуту обрушились подозрительные взгляды. Илья отреагировал. – Можете меня обыскать. А если вы считаете, что я действительно способен выстрелить в пацана, а потом пытаться его спасти, то вы глубоко заблуждаетесь. Да и выстрел мы услышали все втроем, если только меня не клонировали.
– Благодарим вас за содействие, – выцедил сквозь зубы Барзило, взявший на заметку мысль о необходимости обыскать каждый сантиметр в округе.
Глеб не мог им сообщить ничего дельного, поскольку сам не понимал, как схлопотал пулю.
За деревьями послышался вой кареты скорой помощи. Стажер метнулся, чтобы подать сигнал медикам.
– Все равно этот Андрей причастен, – сложил руки на груди капитан.
– Кто же тогда вызвал скорую? Точно не вы, – заметил Илья.
Андрюха в свое время не показался Илье совсем уж пропащим пацаном – скорее, отчаянным. Однако в голове адвоката складывалась неутешительная картинка всех событий, в которых замешан Андрей. С некоторой долей вероятности он мог разобраться с Глебом, который его терроризировал. Илья впервые в жизни хотел ошибиться: он верил в то, что пацан последовал совету адвоката-семьянина. На первый взгляд ранение Глеба напоминает именно пулевое, а не ножевое – вряд ли травмат, что был у Андрея, способен на такой урон. Если менты свой ствол прошляпили и уверены, что никто здесь из него не стрелял, ситуация становится запутаннее. Ну что за проклятая ночь?
– Что, он сам в себя выстрелил? – предположил Илья.
Барзило, сложив руки на груди, сурово произнес:
– Разберемся.
На полянке показались фельдшеры неотложки.