М-да, сейчас даже забавно, что все так обернулось. Будь все иначе, траур и уныние гарантированы, не считая полиции, челябинской мафии и местных сумасшедших маньяков-таксистов на хвосте. Испорченные карьеры мы уже упоминали. Но столь непринужденная обстановка и уход от всех последствий с моей легкой руки воодушевили команду, поэтому разгрома сегодня, наверное, ждать не стоит. Победа магнитогорских юниоров ожидается парадоксальной, ибо мне не известны случаи, как можно, будучи с бодуна, забросить больше шайб, нежели противник. А они точно не спутают свои ворота с чужими? Пусть только попробуют. Я прогнозировал наилучший исход. Разве не ради победы весь замес окончился более-менее благополучно? Нужно пристально глядеть за каждым, хотя и Бречкин, и Филиппов – индикаторы настроений с двух разных фронтов в команде – выглядят с утра очень даже многообещающе. Даже смеются.
– Я хотел сказать вам спасибо, – обратился Брадобреев к бабушке-коменданту.
– За что еще?
– Вчера вы оказались правы.
– Значит, ты правильно извлек урок?
– Извлек.
– Надеюсь, тебе хватило одного раза, – Галина Степановна вернулась к своим обязанностям.
В ее комнате тихо работал телевизор. С самого утра на местных каналах с упоением вещали обо всем: ночка пухла от новостей и происшествий.
У Зеленцова то и дело жужжал мобильник, что он положил на раковину перед собой. Его девушка Арина пыталась до него дозвониться. «Вот неймется», – думал Никитос.
– Чего не берешь? – спросил Пирогов. Зеленцов безразлично махнул рукой. Проходя мимо, все только и делают, что пытаются щелкнуть пальцами по бритой голове Никиты.
Тем временем на горизонте объявился Виталий Николаевич Степанчук, хмурый и нелюдимый, как, впрочем, и всегда. «Лишь бы не приметил чего странного», – подумал я.
– Что за маскарад? – спросил он меня сразу же, как появился в холле.
– Профилактика.
– Не понимаю, откуда ты берешь эти странные идеи?
Я пожал плечами.
– Как ночь?
– Да как обычно. Тихо.
– Как-то без энтузиазма ты это говоришь.
– Немного не выспался.
– Да и остальные, я смотрю, тоже.