Разрешили купаться, отчего мальчик отвлекся от мыслей, чтобы вовремя отпрыгнуть с дороги, ибо дядя Николай с безграничным рвением и шумом потащил своих сыновей в воду. Даня обернулся к машинам в надежде, что отец тоже потащит его так же неистово купаться и брызгаться, но Владимир Аполлонович все еще сидел на своем месте под пологом. Мимо него прошел к своей машине дядя Гриша и, оглянувшись по сторонам, открыл багажник – отец обратил на него внимание и встал с раскладного стула. Любопытный Данил невольно решил приблизиться к ним.

– Что ты здесь прячешь? – Владимир Аполлонович незаметно подобрался к дяде Грише, подтянутому, доброму молодому человеку со светлыми кудрявыми волосами и ослепительной улыбкой. Григорию было не больше 30-ти лет.

– Вы прям застали меня врасплох, Владимир Аполлонович. Здесь и так не скрыться, – добродушно перешел на шепот дядя Гриша.

– Завязывай так меня называть. Можно просто Володя. Давай лучше признавайся, чего задумал? – с интересом спрашивал Озеров-старший.

Григорий вытащил из багажника ящичек, поделенный на секции, в которых лежали опутанные фитилями шашечки, заполненные порошком, что напомнил Дане специи.

– Смахивает на динамит, – несколько насторожился Владимир Аполлонович, как и его сын, что тихонечко стоял с другой стороны машины. При этом бизнесмен сохранял самообладание и непринужденную улыбку.

– Нет-нет, – отмахнулся дядя Гриша с призывом присмотреться. – Это же фейерверки. Я хочу сегодня, – он говорил тихо и отрывисто, оглядываясь по сторонам, – сделать Оксане предложение, – Даня не понял, что именно имеет в виду Григорий.

Тем не менее Озеров-старший обрадовался и обнял молодого человека, пожал ему руку:

– Это же замечательно.

– И это сюрприз, – прошептал Григорий.

– Само собой, – отец Данила провел пальцами по губам в знак того, что никому не скажет.

– Только я немного волнуюсь.

– Да успокойся, мужик. Дрейфить не надо. Особенно в вопросах создания семьи.

– Легко сказать, – вздохнул дядя Гриша, выудив из шорт красную коробочку с обручальным кольцом внутри. – Его удалось купить только благодаря вам.

– Всего лишь достойная оплата за дело чести, Гриша. Твой отец бы гордился тобой, будь он с нами. Я многим ему обязан.

– Его доброе имя я не посрамлю, – дядя Гриша стал серьезен и крепко сжал в руках красную коробочку. – Многие бы этого хотели…

– Тебе больше не угрожали? – так же серьезно спросил Владимир Аполлонович.

– Нет. Я и не жалею того, что сделал. Они этого заслуживали. Бояться мне нечего.

– Но если вдруг…

– Владимир Апо… Володя… Мы все-таки на отдыхе. Не будем прошлое ворошить, ладно?