– Какая разница? Сработало же. Мы выиграли в тот раз.

– И все-таки?

– Не знаю, – с хитрой улыбкой отмахнулся Арсений. – Без понятия.

– Арс, – подлетел к нам Костицын, – а правда, что твоя мама с Вячеславом Фетисовым знакома?

– И да, и нет.

– Так не бывает.

– Поверь мне, бывает.

Хоккеисты толпой повалили в кафешку.

– Петь, а ты чего жрать не идешь?

– Я не голоден.

– Да просто посидеть.

– Кушайте. Время идет.

Я не заметил, как позади меня остался один хоккеист.

– Петя, – бас Бречкина ни с чем не перепутать. Я испуганно обернулся.

– Чего тебе, Леша? Ты должен стоять первым в той очереди.

Неужели у этого зверя есть совесть? Возвращение медальона явно его тронуло. По лицу видно: виноват и кается. Конечно, мировоззрение меняется, думал Бречкин, когда тебе в рыло пушкой тычут.

– Я насчет вчерашнего…

– Пустяки. Забыли.

– У нас с тобой с самого начала не задалось. Я хотел… извиниться. Я был не прав.

Я не поверил своим ушам.