Через полгода этот парень сумел организовать вокруг себя своих друзей, и лукъяновская комсомольская ячейка ожила. Учительнице поручили вести политкружок, она с этой работой хорошо справлялась. Конечно, выросло и число комсомольцев. К новому 1925 году в лукъяновской ячейке РЛКСМ уже было 15 комсомольцев, о её существовании и работе знала вся деревня.

Борису уком предложил отчитаться о поездке в Лукьяновку на бюро укома 25 декабря. Он упросил Дмитриева отпустить для поездки в город с ним и Фёдора Сердеева. Отпросились они на два дня, до 27декабря.

На заседании бюро укома РЛКСМ они оба присутствовали. Борис очень волновался, ожидая разбора своего вопроса, но всё оказалось совсем не страшно: Волька Барон, дав ему слово, попросил рассказать о том, как прошло собрание в Лукъяновке, много ли было молодёжи, и Борис довольно связно ответил на эти вопросы. Рассказал он и о переизбрании секретаря, и о предложении взаимодействия с новонежинской комсомольской ячейкой. Всё это встретило одобрение Барона и других членов бюро. Одним словом, его отчёт на бюро укома прошёл хорошо.

Но до заседания укома у них было немало времени: поезд из Шкотова пришёл во Владивосток в 12 часов дня, а заседание назначалось на 6 часов вечера. Ребята решили побродить по городу и, главное, поесть. Выехали они рано утром, позавтракали кое-как и основательно проголодались.

Ещё в период своей учёбы на курсах Борис неоднократно бывал в городском саду, находившемся в самом центре города, назывался он тогда «Сад Буфф». В нём на открытой сцене выступали разные артисты, и вот этих-то артистов Борис и ходил смотреть со своими товарищами.

Собственно, слово «ходили» не совсем правильное, денег на покупку билета у них не было, а в сад проникнуть хотелось, вот они и приспособились: двор здания Дальлеса и сад разделялись каменной стеной. Вечерами во дворе Дальлеса не бывало никого, учреждение было закрыто, поэтому хозяин сада (а сад принадлежал нэпману) никакой охраны с этой стороны сада не держал, ну а ребятам это оказалось на руку. Довольно частым посетителем сада был и Борис Алёшкин.

В центре сада хозяин его содержал ресторан «Сан-Суси». Что означало это название, ни Борис, ни Фёдор не знали, но что это какое-то заграничное слово, и, как им показалось почему-то, очень вкусное, они решили оба. Зимой сад, конечно, был закрыт, но ресторан работал, он не относился к числу таких первоклассных, как «Золотой Рог» или «Бристоль», но считался тоже одним из хороших.

Привлекла наших друзей в этот ресторан афиша, висевшая у входа в сад, в ней говорилось: «Ресторан «Сан-Суси» приглашает отведать пельмени, исполненные под руководством шеф-повара Фуи Би Синь (бывшего личного повара генерала Дидерихса). Пельмени сибирские. Пельмени русские. Пельмени китайские. Порция 30 копеек. К пельменям подаются уксус, перец, сметана, масло — по желанию. ВНИМАНИЕ: на 1 рубль по требованию посетителя пельмени подаются в неограниченном количестве с любой приправой. В ресторане имеется самый обширный выбор водок и вин, всегда свежее пиво. Владелец ресторана П. Г. Криволапов».