Ночью на мой крик прибегала Эсси. Перед этим, когда мне наконец удалось заснуть, сон не принес забытья – меня преследовали кошмары. В них тонул не только Бен – вся моя семья дрейфовала на худом плоту, связанном из ивовых прутьев. Там были Полли, мать, отец, Джордж и малыш Томми. Отец казался мрачным как туча. Мать визжала мне в лицо.

Эсси отвела с моего лба мокрые пряди волос:

– Тише, дитя, – ласково сказала она, – это был всего лишь сон.

– Это не сон, Эсси, – покачала я головой, очутившись в глубоком беспросветном колодце ночи, в своей спальне. – Бена нет. Бена больше нет, Эсси. Из-за меня, это все из-за меня, ты не понимаешь, я…

– Тише, тише. – Эсси не дала мне продолжить.

А когда я проснулась утром, она уже ушла.

Мои честолюбивые замыслы рухнули в одночасье, и я осталась одна собирать осколки. Человеческая жизнь была погублена, Божий дар пропал втуне. Я должна была выкупить Бена незамедлительно, чтобы дать ему вольную. Ну почему я этого не сделала? Зачем позволила Кромвелю дразнить его свободой? Зачем поставила перед ужасным выбором: предать меня или навсегда остаться рабом?

Я мучила себя бесконечными «что, если бы…»

Что, если бы у Бена не возникло необходимости бежать, чтобы стать свободным? Что, если бы не мои амбиции? Что, если бы я не поехала на бал? Что, если бы я нашла возможность сразу выкупить Бена? Что он сделал бы тогда? Остался бы, чтобы мне помочь, или же воспользовался бы своей свободой и оставил меня в одиночку сражаться за индиго? А если бы у меня был шанс выкупить Бена, дала бы я ему вольную? Или, охваченная эгоистичным стремлением к успеху, нашла бы способ удержать его, даже оставив при себе рабом?

В глубине души, в ее потаенной бездне, я знала ужасный ответ.

Бен владел такими знаниями, способностями и умением добиваться цели, каких я не встречала ни в одном белом человеке. А теперь его нет. Он погиб, и все погибло. То, что кладезь невероятных знаний покоится на дне океана, само по себе было трагедией.

Однажды Бен спас мне жизнь, а когда я получила возможность отплатить ему тем же, не воспользовалась ею. Я переживала, тянула время, тратила дни впустую на раздумья. И каждый потерянный день приближал его гибель.

Возможно, Квош прав – душа Бена возвратилась в Африку. Возможно, он снова встретился со своей бабушкой. Если Африка – его царство обетованное, он должен быть там. Теперь он наконец свободен. Как я могла даже помышлять о том, чтобы его вернуть?

И тем не менее каждое утро я желала, чтобы его гибель оказалась всего лишь моим кошмарным сном.

В своем эгоизме я не знала границ.