Шклявер также сообщает о продолжающемся сочувственном отношении к Пакту Французского Правительства, о поддержке его Бельгийским Правительством и сочувствии со стороны Чехословакии. Все это очень хорошо и еще раз подсказывает нам, насколько мы не должны упускать драгоценное время. Интересно бы применить к нашему Пакту бывшую процедуру установления Красного Креста. Между этими знаками человечности много аналогий. Знамя Красного Креста тоже началось для военного времени, но, чтобы приучить к этому знаку человеческое сознание, это знамя было сделано постоянным и, несмотря на всякие бывшие сомнения узких сознаний, внесло в историю человечества поистине прекрасную страницу. Не буду повторять то, что было мною многократно уже выражено в моих разных обращениях по поводу Пакта и Знамени. Но не побоюсь повториться, твердя, что это сознательное и постоянное охранение действительных ценностей человечества, необходимо неотложно. В нем должно участвовать сознание всего человечества, и если по крылатому слову нашего друга Луи Марена, по слову, обошедшему все здешние газеты, если «Лига Наций оказалась неспособной и недостаточной», то мы во имя Культуры и Прогресса человечества должны искать еще более широких путей, ибо можем действовать с полным сознанием, что мы творим государственно полезное дело. Ценно сознавать, что помимо существеннейших отзывов представителей Международного Права мы имеем уже знаменательные отзывы нескольких военных вождей, которые также присоединяются к полезности Пакта и Знамени. От души желаю Вашему Комитету работать воодушевленно, обогащаться новыми ценными членами и приближать бодро к цели Пакт [и] Знамя, так нужные в мировом значении. Передайте членам Комитета мой искренний привет и скажите тот же наш сердечный привет Вашей семье и всем друзьям.

322 Н. К. Рерих — К. Р. Пуста*

322

Н. К. Рерих — К. Р. Пуста*

30 марта 1932 г. Наггар, Кулу, Пенджаб, Британская Индия

30 марта 1932 г. Наггар, Кулу, Пенджаб, Британская Индия

Ваше Превосходительство,

Я был глубоко тронут, получив любезно присланные Вами великолепные издания, посвященные Эстонии.

Среди заснеженных гималайских вершин я вновь увидел исторические места Вашей отважной страны, которую имел удовольствие так часто посещать. Величественные башни Таллина, романтические силуэты Нарвы и незабываемые храмы Печерского Монастыря, который прекрасно сохранился благодаря высококультурной опеке [правительства] Эстонии, — все эти памятные места снова ожили в моем сердце. Ваш трактат о Европейском Союзе снова напомнил мне, как мы близки по своей психологии миролюбия. Ваши идеи вселяют уверенность, что наш Пакт и Знамя Мира, выступающие в защиту культурных ценностей, вызовут у Вас живой интерес. Поистине, не должно ли развернуться Знамя-Охранитель и над великими культурными сокровищами Вашей страны?