Дорогой Михаил Александрович,

Имеем от Шклявера сведение о том, что картины прибыли в Брюгге сохранно, и выставка открылась успешно[1194]. Будем надеяться, что эти определительные не только будут продолжаться, но и усиливаться. В конце концов, все зависит от напряжения воли.

В прошлом письме Шклявера сообщалось о том, что Польша будет выставлена в Русском Отделе под рубрикой Привислянский Край. Очень опасаемся, чтобы такое распределение не вызвало каких-либо выходок польских — и вредных, и недопустимых. Странное дело, в то время как в Париже и в Брюгге с Польшей не налаживается, нью-йоркские поляки открывают при Музее, как ветвь нашего Общества, Польский Институт и даже собирают деньги на выставку в Брюгге, а я продолжаю получать дружественные письма и посылки книг от Варшавского Общества Кооперации с Иностранными Государствами. Откуда такое несоответствие в отношениях, трудно понять. Во всяком случае, было бы жаль, если недоразумение в Брюгге отразилось бы на нашем Польском Институте, членами которого, кроме Посла, состоят и Падеревский, и Стойовский, и Зембрих, и многие другие выдающиеся лица польского мира. При случае сообщите мне, как для Вас решается эта задача.

Получили мы сведение из Америки об отправке картин для нашего Отдела в Белградском Музее. Картины для Отдела в Музее Бенареса уже прибыли на место. Для Рижского Отдела я досылаю еще две картины, а в Париж вместо пяти отосланных замещается десять. Надеюсь, что Тюльпинк исполнит все свои уверения, и как выставка, так и Конференция дадут достаточный успех. Пожалуйста, посмотрите, как поставлено в Брюгге дело прессы. Здесь мы продолжаем слышать удивленные вопросы, почему нет никаких сведений ни о выставке, ни о Конференции. Нужно ли это понять как бестолковость, или же в этом есть какая-то особая мысль? Так как сам я, по обычаю, ничего зря не делаю, то мне хочется видеть и в поступках других какую-либо определенную идею и программу.

Сию минуту получено Ваше письмо от 9 июля № 10. Сердечно сожалеем о Вашем нездоровье и надеемся, что избавление от йода Вам поможет. Если бы я знал, я никогда не посоветовал бы Вам принятие йода, ибо [при] нашей с Вами конституции это абсолютно вредно, по словам очень опытного врача.

Благодарю за все прочие сведения. Очень интересуюсь Вашей предположенной поездкой в Осло, которая может дать положительные результаты. Немецкие сведения о Бельгии, очевидно, преувеличены, так же как и сведения, бывшие здесь в газетах о Югославии. Не удивлен Вашим отзывом о католическом прелате. К сожалению, несмотря на все наше добросердечие и искренность, мы встречаем лишь дикие нелепости. Очень жаль для служителей Христа.