Я также весьма сожалею, что отяготил Вас частным мнением г-на Лабарта. Меня не слишком беспокоит его заявление, но нам необходимо знать обо всех фактах, значительных или незначительных, хороших или плохих. Я только хотел бы пролить свет на вопрос «attitude negative du Gouvernment Americain a l’egard des Institutions Roerich»[1299]. Я не могу привести ни единого факта негативного отношения правительства США к нашим Учреждениям. Напротив, я могу сказать о проявлении огромного дружелюбия со стороны Государственного Департамента США в лице заместителя госсекретаря г-на Уильма Касла; можно упомянуть и превосходные формулы министра труда, г-на Дэвиса, и целую серию подобных высказываний сенаторов и конгрессменов. Один из членов Комиссии по образованию, г-н Форест Грант — наш опытный и деятельный друг; г-н Джордж Райан, президент Комитета по вопросам образования[1300], свидетельствовал в самых превосходных тонах о нашей культурной деятельности. Чтобы не упоминать весь длинный список, закончу пожеланиями губернатора Франклина Рузвельта[1301] в его недавнем письме «столь достойному Учреждению, каковым является Музей Рериха». Все это ясно показывает, что отношение правительства отнюдь не негативное.

Если говорить о сдержанном отношении к Пакту правительства США, то это известная политика в отношении всего, что тем или иным образом связано с Лигой Наций. Без дальнейшего обсуждения подобного отношения можно только сказать, что совсем недавно Государственный Департамент США не счел нужным поддержать проект, представленный на рассмотрение в Лиге Наций их же сотрудником[1302]. Поэтому то обстоятельство, что Пакт получил одобрение в Комитете по Музеям в Лиге Наций, и вызвало равнодушное отношение правительства к нашему Пакту, ибо было отнесено в разряд явлений, имеющих отношение к Лиге Наций. На этот счет мне известны высказывания некоторых людей из определенных кругов Америки. Поэтому я очень рад, что мне представилась возможность объяснить, что подобное отношение к нашему Пакту нельзя соотносить с Учреждениями Рериха и считать его негативным. Таким образом, еще один мираж рассеян.

Вокруг любой созидательной деятельности всегда появляются самые разные истории и слухи — так человечество выражает свое к ней внимание и признание. Когда мы встретимся с Вами в следующий раз в Париже, я с радостью расскажу Вам немало забавных историй, которые нам приходилось слышать, начиная с моих собственных похорон. Подобная человеческая изобретательность должна вызывать у нас улыбку. И когда мы читаем истории, которые сложились вокруг старых мастеров, нам остается только предполагать, как поработало над ними человеческое воображение.