Но все затруднения нагнетают и благую творческую энергию. Думаем о Вас, о делах ежечасно. Формулы, посылаемые в пространство агентами темных сил, очень кратки и не нуждаются в пояснениях. Сатанисты хотят не частично, но по общему фронту внести разрушение. В прошлой почте Вы читали мое письмо Лосскому и, вероятно, вместе со мною негодовали, что и в Праге так же, как и в Париже, обращаются такие завершенные формулы, что все вообще закрыто. Мы боремся доказать противное; знаем, что и Вы боретесь о том же, ибо сокращенная деятельность вовсе не значит окончание всего. По условиям мировых потрясений можно жить хотя бы скелетными бюджетами, но духовное внутренно-творческое значение культурной работы не в одном только бюджете. Видим ясно и слышим Указания, что борьба ведется с крупнейшими темными силами. Мы видим, и Вы замечаете, что самые неожиданные злокозненные элементы выискиваются и направляются к той же разрушительной кампании. Но именно эти общекультурные размеры борьбы, когда даже посторонние лица видят, что создалась Коз Селебр, напрягают новую энергию всех друзей светлого дела. Как Вы видели, враги особенно боятся публичности, боятся гласности, но в этих направлениях так важно участие и многих приходивших на литературные завтраки и фрэндшип бонд[1363] обеды. Ведь каждый здравомыслящий человек понимает, что во всяком, даже сложном деле, возможно полезное и приемлемое решение.

Люди, которые избегают доброжелательных решений, тем доказывают свою принадлежность к темному, сатанинскому миру. Как Сказано, разнообразны эти темные полчища. Нельзя их ограничить никакими обычными мерами. Но главное средство борьбы против них все же остается в руках наших. Это средство, так Указанное и Утвержденное многократно, есть единение. В единении силы наши удесятеряются, и перед единением поникает вся наглость сатанистов. Этому благодетельному единению нужно учиться. Нужно поистине воспитывать сердце свое в этом великодушном вмещающем и возвышенном порыве. При этом порыв не надо понимать как нечто мимолетное, быстро преходящее, лишь по каким-то светлым дням. Единение не только в радости и довольстве, но оно еще значительнее в вытеснении[1364] и в затруднениях. Возжечь единодушие среди утеснения есть уже большое светлое достижение. Первый и главный способ к тому есть забвение прошлого, со всеми ошибками и незнанием. И к этому оставлению прошлого тоже нужно приучать себя. Также неустанно нужно приучать себя вмещать благосклонно всевозможные чужие обычаи. Так часто люди мало виноваты в привычках, им внушенных с детства. Вместо того чтобы делаться какими-то судебными следователями и обвинителями, необходимо направить все свои силы к нахождению действенного единения. Мало ли что было вчера, мало ли что было сто лет тому назад, когда перед нами стоит будущее. Именно это будущее, полезное и благодетельное для целых народов, требует от нас обострения всех наших чувств и возможностей. Ведь эти возможности станут нам очевидными при единении, когда мы, изгнав всякое притворство и искусственность, найдем в себе душевные творческие силы, которые, как магнит, притянут и окружающее благожелание. Недопустимо в разъединении, хотя бы очень глубоко зарытом, заражать и обессиливать друг друга. Словом, надо найти в себе и вмещение, и великодушие, которое требуется всеми обстоятельствами — как малыми, так и великими, как семейными, так и государственными. Притянутые магнитом единения, легче подойдут и полезные новые сотрудники, а ведь силы тьмы так злобны и злобою своею взаимно усиляются, но побороть эту злобу можно лишь благом и единением. Разберемся отчетливо во всем, и большом и малом, и увидим, как это малое иногда окажется гигантски большим.