Если в силу каких-то причин Вы чувствуете, что в отношении упомянутой Вами Лиги на данный момент в Париже существуют трудности, отложите пока это до моего следующего приезда, и тогда мы обсудим с Вами многие открывающиеся возможности, в контексте которых Франции, как всегда, будет отведена наиболее важная роль.

С этой же почтой д-р Шклявер передал мне предложение графа Флёри, о котором Вы, несомненно, уже знаете. Можете живо представить себе, как меня воодушевила подобная благородная идея, и я послал д-ру Шкляверу телеграмму с просьбой сообщить некоторые подробности, которые позволили бы мне начать осуществление этой благословенной идеи. Я уверен в Вашем сердечном сотрудничестве, которое наилучшим образом будет утверждать подобные проявления дружелюбия и преданности.

Этой же почтой я прошу д-ра Шклявера прислать мне точное содержание первого тома, подаренного Его Святейшеству Папе, с тем чтобы я мог вскоре начать собирать второй том, который, так же как и первый, будет послан при Вашем великодушном посредничестве. В том же письме я послал д-ру Шкляверу свои соображения в отношении бюджета Парижского [Центра], приложив чек на небольшую сумму в качестве ежегодного пожертвования. Мы немало огорчены очевидной необходимостью сокращения часов работы машинистки, предлагая работу в офисе только во второй половине дня, но будем надеяться, что это кратковременная мера, приложимая к настоящему времени, когда весь мир охвачен ужасным финансовым кризисом. Я был очень рад получить письмо от месье Шклявера-отца, в котором он описывает в самых лучших выражениях проведение собраний в нашем Центре. Он опытный руководитель, и в этом отношении его суждение ценно. Может быть, Вы поделитесь моими соображениями в отношении бюджета и т. д. с д-ром Шклявером.

Еще раз благодарю Вас за «Temps»[1373] и, пожалуйста, примите наши лучшие пожелания.

Преданный Вам[1374],

[Н. Рерих]

433 Н. К. Рерих — М. А. Таубе

433

Н. К. Рерих — М. А. Таубе

№ 56

31 декабря 1932 г.[ «Урусвати»]

31 декабря 1932 г.[ «Урусвати»]

Дорогой Михаил Александрович,

Спасибо за Вашу телеграмму к Новому Году, в которой Вы сообщаете о детальном письме, находящемся в пути.

Конечно, оно еще не дошло до нас, но я уже предвкушаю многие интересные детали, ибо немало вопросов будет отвечено.

М-м де Во прислала мне статью академика Луи Мадлена о национализме. Статья мне вообще очень понравилась, а особенно я с удовольствием отметил, что этот почтенный французский историк так определенно говорит в отношении Франции о Культуре очень человечной. Я так был рад, что наконец м-м де Во прислала мне именно французскую статью именитого автора, который так достойно произносит близкое всем нам слово Культура. Если французский академик не боится произносить это понятие, не считая возможным заменить его ничем другим, то кольми паче[1375] позволительно и нам не бояться этого выражения, которое так хорошо уживается с истинным национализмом. Присылка от м-м де Во статьи Мадлена дала мне импульс написать мою очередную статью «Звучание народов»[1376], которую, конечно, Шклявер покажет Вам. Действительно, если малоценные монеты интернационализма совершенно стерлись, а, с другой стороны, человеконенавистническое чучело достаточно озлобило людей, то, действительно, может и должен быть настоящий светлый и просветленный национализм, который поймет и Культуру очень человечную. Знаю, что светлое понятие национализма в его подлинном значении близко Вам. Никакой историк, никакой деятель народного просвещения не отречется от настоящего национализма, опирающегося на культуру, крепкую всеми культами света. Вместе со статьей Луи Мадлена ко мне дошла интересная книга Т. Л. Васвани «Религия и культура», а также «Образовательное обозрение» Мадраса с прекрасной статьей Айянгара «Культура и национальность». Автор отлично разбирается в своем задании и говорит тем же языком, которым и я выражался неоднократно и которому я радуюсь и в статье Мадлена.