Здоровье Е. И. все время изменчиво. Как Ваша сестра? Шлем Вам наши душевные приветы.

Духом с Вами.

128 Н. К. Рерих — Е. Ф. Писаревой

128

Н. К. Рерих — Е. Ф. Писаревой

15 июля 1936 г. Naggar, Kulu, Punjab, Br[itish] India

15 июля 1936 г. Naggar, Kulu, Punjab, Br[itish] India

Дорогая Елена Федоровна,

Спасибо сердечное за Ваши оба письма от 17 и 21 июня, из которых первое дошло лишь вчера. Чувствуем все Ваши добрые намерения и пожелания и, конечно, в полной мере отвечаем Вам тем же. Поистине, необходимо, чтобы все культурные силы, отбросив всякие наветы, приносили свои знания и опыт на пользу общую, иначе волны Армагеддона захлестнут.

Вы видите, что и мифические лекции, и столь же мифические американские рассказы, — все это оказалось лишь чьими-то злобными выдумками. То же самое и во всем остальном. Конечно, ни мы, ни кто[-либо] из наших друзей не можем быть против Теософии. Основоположенники Великие и наша славная соотечественница Е. П. Б. уже являются залогом того, что все около происходящее не может вызывать недоброжелательства. Если кто-то злобный и в этом старается изобрести гнусную выдумку, то да будет ему стыдно. Напрасно Вам кажется, что д-р Асеев, к которому, как я уже писал Вам, Е. И. и я питаем самые лучшие чувства, будто бы имеет что-то против Теософии. Ничего подобного. Ведь в его журнале был прочувствованный некролог об А.[Безант], в котором она названа «сверхчеловеком». Если же, как Вы пишете, не был помещен некролог Ледб[идера], то к тому могли быть особые причины. Во-первых, этого некролога я не видал, и потому содержание его нам неизвестно. Во-вторых, нам известно, что очень многие теософы — французские, американские, английские, австралийские — имеют на этого деятеля свою особую обоснованную точку зрения. Поэтому от факта непомещения некролога Ледб[итера] до неприязни к Теософии неизмеримая разница. Вы пишете, что хотели бы послать д-ру Асееву свою статью. Какая прекрасная мысль, и я уверен, что он будет глубоко рад ей, ибо предчувствую, что Вы напишете что-то вдохновенное о нашей почитаемой Е. П. Б. Просим Вас, напишите о ней. Напишите в тех возвышенно-сердечных тонах, которыми отличается все написанное Вами. О Е. П. Б. необходимо написать именно Вам. Еще совсем недавно мне было прислано два гнуснейших выпада против нее — один из харбинской газеты, другой из русской нью-йоркской. Увы, оба этих мерзких выпада были подписаны русскими именами. Какой стыд! Тем более нам, русским, нужно всемерно отстаивать наших великих соотечественников, [потому] что, как видите, не кто иной, как сами же русские, дерзают бросать грязью в то великое, что эти люди по невежеству и понять-то не могут. Кроме того, многим хорошим русским кажется, что имя Е. П. Б., сознательно ли или бессознательно, иногда умаляется и затушевывается разными другими именами. Вы должны быть уверены, что мы далеки от каких бы то ни было умалений. Каждый работник на светлой ниве культуры должен быть добросердечно и благостно обережен. Потому прошу Вас, напишите светлую статью о Е. П. Б. Это будет истинный праздник для нас и для всех друзей культуры.