После этого он вернулся в алтарь, поклонился отцу Игорю, положил книгу на место и успел снова вернуться к Вере до начала чтения Евангелия.

«Слава Тебе, Господи, слава Тебе!» — пел хор.

Люди крестились и кланялись. Как ни странно, несмотря на будничный день, храм был переполнен.

«Во-онмем!» — призывая всех к особому вниманию и благоговению, громче обычного воззвал отец Лев, и отец Игорь проникновенным голосом начал:

«Во время Оно…»

Слушая Евангелие, Александр невольно покосился на Веру, и не мог оторвать от нее глаз.

Вера лежала с белым венчиком на лбу, на котором были изображены Иисус Христос, Божия Матерь и Иоанн Предтеча, и написано: «Святый Боже, Святый Крепкий, Святый Безсмертный, помилуй нас!»

В руках у нее была небольшая иконочка. Александр в спешке и суете особо не выбирал, какую именно положить в гроб. И только тут заметил, что это был образ Пресвятой Богородицы «Всех Скорбящих Радость».

Застывшее лицо Веры было торжественно и покойно.

Казалось, что она внимательно слушает каждое слово, которое, по давней церковной традиции, нараспев произносил отец Игорь.

«Слава Тебе, Господи, слава Тебе!» — после чтения Евангелия снова пропел хор.

И тут из толпы стоявших вдруг выскочила Лена. В белой косыночке сестры милосердия с красным крестом, она достала из-за пазухи саван и прикрыла им белый тюль…

Сестра Веры рванулась было к гробу, но, очевидно, мысль о том, что могут подумать о ней все эти чужие люди, которые, судя по выражению их лиц, явно одобрили все это, остановила ее.

Да и подруги, как поняла она, совсем не возражали против этого…

А потом, когда после долгого перечисления поминаемых о здравии, вдруг первым на весь храм в молении о упокоении зазвучало: «Новопреставленной Веры!», она закаменела, побледнела, впервые, наверное, поняв всю невозвратимость потери. А может, и то, что и с ней когда-то тоже случится такое. И стала мало чем отличаться от лежавшей в гробу сестры…

А служба шла своим чередом.

Хор медленно спел «Херувимскую песнь», затем, после молитв, на которые певчие откликались: «Господи, помилуй!» и «Подай, Господи», весь храм, как один человек — дружно и почти без передышки речитативом пропел «Символ Веры» — «Верую во едѝнаго Бога Отца…». Потом, опять после возгласов священников и пения хора — «Отче наш».

После этого отец Игорь причастил несколько человек, среди которых особенным благоговением отличался один мальчик. Судя по всему, тот самый, о котором рассказывала Александру в первый день Ирина…

И, наконец, люди стали подходить к кресту, как всегда, торопясь потом поскорей выйти из храма.