Берлинский государственный совет, гордый своей недавно приобретённой властью над Германией, отвечал, что причиной всему злу было упорство, с которым папа отказывал в разрешении гражданского брака, требуемого всей страной.

Германия не забыла, как настойчиво Рим поддерживал политическое и религиозное сопротивление. Вся Германия была проникнута тайным стремлением к национальной свободе. Власть, владычествовавшая над её разделённой на части территорией, раздражала её. Этим стремлением к свободе объясняются все волнения таможенного союза и новохристианства Ронга и де Черки. Кровавая стычка Лейпцига доказывает, что католические князья всех более способны ограничить свободу в религии, так как опасаются всего, что может ограничить их господство над умами. Рим поддерживает эти смуты, питая безумные надежды и закрывая глаза перед очевидностью вековых фактов. Раскол делает в Германии быстрые успехи и разрывает связь её с католичеством.

Предполагают, что посещение Рима российским императором имело целью принятие мер для прекращения этого религиозного восстания, очень волнующего Рим. Экзальтация и мистицизм германских идей не ограничиваются Европой и пределами страны, они распространяются по всему Северу, порождают всюду стремления к политической свободе.

Слабый, падающий Рим всё ещё мечтает о всемирном первенстве; он с коварным искусством эксплуатирует напуганные государства и является перед царями со своим религиозным воинством как единственной защитой против народного волнения; но обессиленному Риму едва удаётся произвести ничтожные смуты, возбудить кое-какие официальные строгости.

Католицизму нечего более терять в странах Северной Европы, так как он всё уже потерял в них. Ярость приверженцев римско-католического учения увеличивается ещё более от их бессилия; честолюбивые дворы и духовенство тайными происками стремятся привести в исполнение свои замыслы. Урок, данный Германией гордости священников в XVI столетии, потерял уже прежнюю свою силу для Рима XIX столетия.

Швейцария была всегда средоточием католической пропаганды; расположенная между Германией, Францией и Италией, она неизбежно должна была сделаться одним из центров религиозных предприятий, пришедших из-за Альп и стремившихся подчинить римской власти соседние государства. Иезуиты, эта папская солдатчина, посылаемая Римом для завоевания всего мира, сделала из Швейцарии нечто вроде главного квартала. С тех пор как Реформация разделила кантоны по вероисповеданию на две разные партии, Рим и его соглядатаи не переставали поддерживать дух возмущения из своих католических убежищ.