Прошло полгода, как прапорщик Николай Игнатьевич Лоза находился в Москве. За это время он получил единственную весточку от друзей-однополчан по 17-й автомобильной роте. Друзья писали, что рота работает, но временами нет бензина и совсем плохо с запчастями.

«Да, большевистская агитация и массовое разложение до частей доблестного Кавказского фронта еще не докатились», – понимал Николай, но он чувствовал, что пройдет несколько месяцев и все изменится.

Забегая вперед, скажу, что в декабре 1917 года солдаты-водители, чиновники и ряд офицеров 17-й автороты самовольно покинут фронт, бросая автотранспорт и в Эрзеруме и по пути следования до Карса.

Вот как об этом докладывал в Управление заведующего автомобильной частью Кавказского фронта командир 17-й автомобильной роты подполковник Терехов в сохранившемся в РГВИА рапорте №84 от 29 января 1918 года:

«…Второй взвод с фронта прошел в Тифлис, когда я находился в Александрополе. …что марает доброе имя роты, которая всегда и в трудную минуту выполняла свой долг, что не безызвестно и Вам. При каких обстоятельствах чиновник Молхазов оставил роту, бросив на произвол судьбу канцелярию, дела технической части и не сдал казенных денег, Вам известно из моего рапорта от 12 января за №53… Штабс-капитан Копосов, как Вам уже известно, по донесению моему, скрылся подав рапорт о болезни… При увольнении солдат из роты он выдавал отпускные билеты сроком на три месяца, причем давал одному и тому же лицу по нескольку экземпляров не обозначая даты… Брошенные по дороге шоферами машины собирались мною в расхищенном виде до снятия всех медных частей; в настоящее время не могу продолжать сбор машин за отсутствием совершенно горючего материала, а таковые брошенные машины стоят еще по дороге от Карса в Сарыкамыш и Эрзерум».

(РГВИА. Ф. , Оп. , Д. , Л.)

Но Николай Игнатьевич Лоза об этом позоре своей роты не знал и никогда не узнает…

Несмотря на запрет Временного правительства, 10 июня 1917 года на Украине прошел II Всеукраинский воинский съезд, потребовавший выхода из «тюрьмы народов» России и провозгласивший принятый Комитетом Центральной Рады Универсал, в котором заявлялось: «…пусть украинский народ на своей земле имеет право сам управлять своей жизнью».

Прапорщик Лоза, не зараженный бациллой «национализма», удивлялся происходящим на Украине событиям. Он думал: «При чем тут «тюрьма народов»? «Ну, ладно Польша, Финляндия. Там испокон веку были свои государства. Но Малороссия – никогда не была отдельной страной… Откуда же такая «самостийность»? На чьи деньги, за чей счет?»