— Должно быть, им платят бешеные деньги…

— Нет, сеньор, и это самое грустное. Наши соотечественники не способны даже продаваться подороже…

— Каждый живет, как может…

— Ну, это не оправдание…

— Да, думаю, что нас водят за нос вовсю, но, поскольку приказ есть приказ, его обязаны выполнять… — И, помолчав минуту, он добавил: — А что произошло бы, сеньор Лусеро, если бы они не выполнялись?

— Что произошло бы?… За неимением слепых исполнителей своих приказов, ослепленных постыдной спекуляцией в прессе, Компания была бы вынуждена идти другим путем, попыталась бы по-человечески отнестись к своим пеонам… может быть, приняла бы то, что мы — большинство акционеров — ей предлагали…

— Значит, вы обвиняете армию?

— До известной степени. Одно дело — охранять общественный порядок, а другое — охранять такой общественный порядок, который выгоден только «Тропикаль платанере». Это бесспорно, надо называть вещи своими именами.

— В армии не принято рассуждать…

— А никто и не просит рассуждать. Я лишь говорю, что не нужно плясать под дудку этой шайки гринго. Нам, акционерам — выразителям доброй воли, нужно предоставить возможности…

— Да, но вы — их компаньоны…

— К несчастью, да. Во всяком случае, это не означает, что мы не пытаемся следовать примеру тех, кто еще до нас открыто выступал против системы, введенной компанией…

— Не так уж часто, должно быть…

— Несколько случаев известны. Джинджер Кинг, этот однорукий старикан, умер, протестуя против тех методов, которыми пользовались при разбивке плантаций на Карибском побережье: подкупы, грабежи, поджоги, убийства…

— Жаль, что одна ласточка не делает лета…

— А потом — Лестер Мид. Это было ужасно. Он такие вещи говорил в лицо акционерам, что они, должно быть, подумали, будто он рехнулся. С цифрами в руках он доказал, что Компания, пользуясь добропорядочными методами, смогла бы получить те же прибыли, не создавая, как это она сейчас делает, источник постоянной ненависти ко всему, что имеет хоть малейшее отношение к Соединенным Штатам.

— Но вы, братья Лусеро, тоже не в ладах с рабочими: прошлой ночью вам пригрозили взрывчаткой, и ваш брат Лино просил меня выслать охрану в «Семирамиду»… Ну так на чем мы остановились?… Бесспорно одно, дон Хуанчо: нет ни одного человека из числа богатых, который был бы благодарен. Мы, офицеры и солдаты, жертвуем собой, защищая ваши интересы, вашу собственность, ваши владения. Все ваше имущество. Мы рискуем собственной шкурой, чтобы вы спали спокойно. Вот ушел капитан Каркамо, которого вы только что видели… Вы не думаете, что его могут убить?