— Вы кричали на весь зал, что вашего друга убили, но вы все равно найдете его убийц.

Ну, это уже был бред чистой воды. Чтоб он так прокололся!..

— Что еще?

— Вас мои знакомые ребята пытались успокоить, а вы на них набросились. Феде синяк поставили.

— Феде? Какому Феде? Швейцару? Здоровому такому?

— Да.

Это было уже интересно. Самый веселый момент во всей истории. Швейцару, по правде говоря, еще тогда, в дверях, хотелось съездить по роже. Здоровый жлоб. Николаев взглянул на свои кулаки. Кожа на костяшках пальцев была содрана в кровь.

— Хорошо, что рядом оказался директор гостиницы, он быстро всех успокоил и все уладил.

Журналист со стоном вновь опустился на подушку.

— Ничего не помню.

— Ну ладно. Я пошла. У меня работа.

— Сколько сейчас времени? Где мои часы?

— Сейчас около одиннадцати. А ваши часы, — Альбина кивнула, — на тумбочке. Вы их разбили в драке.

— Неужели? — Сергей взял часы и с удивлением уставился на них. Вот это действительно было странным. Дело в том, что часы были фирмы "Ориент": противоударные, пылевлагозащитные, с особо прочным кристаллическим стеклом. Даже когда во время ремонта машины сорвался двигатель и чуть не раздавил ему руку, на стекле осталась всего лишь небольшая царапина, а здесь циферблат был буквально вбит в корпус. Это какой же силы был удар?

Николаев взглянул на запястье левой руки, на котором носил часы, но там не было не только синяка, но и даже царапины. Странно, очень странно… Еще страннее было то, что они лежали на тумбочке, а он не имел привычки снимать их на ночь.

— Во сколько все это произошло?

— А сразу после представления. Я к вам подошла. Мы выпили. Да вы по часам можете увидеть, во сколько они остановились. В десять часов десять минут. Ну ладно, я пошла. Может, вам что-нибудь принести?

— Нет, нет, ничего не надо. Спасибо.

Она вышла.

Николаев внимательно осмотрел часы. На обратной стороне были хорошо видны свежие царапины. Их явно положили на бетонную плиту или асфальт и ударили чем-то тяжелым.