Вечный ремонт, который длился уже несколько лет, со всеми вытекающими для ремонта последствиями, в теперешней ситуации был как нельзя лучше, чем благоустроенная палата в госпитале.

Захаров с трудом повернулся и увидел рядом на столике вазу, в которой лежал его бумажник, часы, блокнот, сигареты, рядом со стареньким телефоном. На листе бумаги, Рафик в своем стиле излагал мысли:

«Заживет все как на собаке, так как рана сквозная и органы не задеты. Жранина в холодильнике, гостей не ждал, поэтому деликатесов нет. Буду после 12 часов. Раф».

Захаров протянул трясущуюся руку к телефону, и набрал номер, затаив дыхание, стал ждать ответа. Домашний телефон никто не поднимал, тогда он позвонил Титову.

– Слушаю вас, – буркнул тот в трубку.

– Мне нужна твоя помощь, – прошептал майор.

– Ты, куда пропал? – пробормотал тот шепотом. – Тут такое творится!

– Тихо, тихо, да не тараторь ты. Мне нужна твоя помощь. Сможешь приехать?

– Какой разговор, конечно!

– Прямо сейчас?

– Да, хоть и сейчас, оперативка в конце дня будет.

– Рядом есть кто?

– Нет один я. Куда ехать то?

– Где на пасху гуляли, помнишь? Ну, когда ты еще на спор пить стал и проиграл?

– Ну, ты это брось, – перебил капитан. – Это спорный вопрос, кто проиграл, одним словом я все понял, скоро буду.

Положив трубку, майор с трудом сел, поморщившись от боли в боку, отодвинул ногой раскаленный обогреватель и осмотрелся вокруг. Было видно, что хозяин дачи категорически не хотел заниматься отделочными работами в двух комнатах на втором этаже. Стены, обклеенные газетами двухгодичной давности, успели уже пожелтеть и потемнеть от времени, старенький диван, стоял в центре одной из комнат, на котором под несколькими одеялами хозяин и приютил гостя. Журнальный стол стоявший на трех ножках, да несколько ящиков, заменявших хозяину кресло. На этом перечень скромной обстановки заканчивался.

Первый этаж, куда Захаров с трудом спустился по скрипучей лестнице в поисках съестного, был представлен кухней и небольшой прихожей. Огромным старым кухонным столом и нескольких табуретов стоявших рядом. Старенький холодильник, без названия выглядел, пожалуй, как импортная вещь, среди этого незатейливого убранства. Окна с решетками были наполовину заклеены газетами, которые заменяли хозяину шторы.

Игорь, машинально открыл дверцу холодильника и уставился на большую, стоявшую в гордом одиночестве кастрюлю. Поставив ее на стол, он стал изучать ее содержимое, которое состояло из нескольких яиц, пакета с пирожками и пачки заварки.

В томительном ожидании приезда Титова, прошло около двух часов. Игорь уже окончательно замерз, и всерьез подумывал о том, как вернуться к обогревателю на второй этаж, как, наконец, у дома заурчал мотор и скрипнули тормоза.