– Дай мне этого гада! Я его на кусочки разорву! – бился Шато, в бессильной ярости. Повиснув на руках у своих провожатых, морщась от боли в забинтованных ногах.

– Успеете еще, не надо было вам огурчики воровать, вот вас бы под замок и не посадили. Уведите его на улицу с моих глаз, путь пока подышит, нам другого гостя давайте, – улыбаясь, сипел тихо Назаров, потирая руки. – Вот видишь, майор, какое мы с тобой на прощание представление посмотрим.

Игорь же никак не реагировал на слова Шамана – он напряженно ждал, боясь увидеть в комнате истерзанного Рафика или жену с дочерью, Однако визит очередного гостя, для него оказался полной неожиданностью. Те же люди, держа под руки, ввели опухшую от слез, заплаканную Ситникову, по отсутствующему взгляду которой, можно было понять, что она либо не в себе, либо находится под воздействием наркотиков.

– Ты ее хорошо спрятал, майор, – прохрипел тихо Назаров. – Но сегодня утром я понял, где нам ее нужно искать, и как видишь она здесь. Теперь мне осталось найти – где ты с друзьями спрятал то, что тебе не принадлежит. То, что ты забрал с дружками у Валета в доме. Ты интуитивно не думаешь об этом и мне плохо понять тебя, но – это дело времени.

– Ее нужно лечить, иначе она может стать инвалидом или погибнуть. Ты же знаешь об этом лучше меня. Зачем ты ее вытащил из клиники? – сокрушенно вздохнув, проговорил Захаров.

– Не думаю, что ты прав майор, мы ее вылечим сами. Правда, Лариса? Ты не веришь мне?

– Конечно, – ответила та тихо и жалко улыбнулась.

– Зачем она тебе?

– Она же тебе, Дубравина сдала, может и еще кого-то сдаст. Так, что, мои хлопоты обоснованы майор. А, скажи-ка нам Лариса, кто этот человек? Ты его знаешь?

– Наверное, это мент, – безразлично ответила женщина. Вытирая слезы, рукавом больничного халата.

– Ну, спасибо тебе Лариса, а теперь оставьте нас все! Мы тут промеж себя пообщаемся, – просипел гость, садясь на подоконник. – Вот видишь Захаров, все очень просто. Мне иногда тебя по-человечески жалко. Свои же травят, от моих хлопцев тебе достается. Зачем тебе все это? Чего ты такой упертый? Ну и гонял бы своих самогонщиков с дебоширами. Тебе, что больше всех надо, что ли? Или решил на мне звездочку заработать? Да? А, что же я такого сделал, что ты прямо взъелся супротив меня?

– Ты, людьми торгуешь, как скотом. Опыты свои ставишь над ними, как над мышами в клетке.

– Какие опыты? – выпалил гость, разведя руками. – Это голая коммерция, спаренная с наукой. Которой мне, кстати, это самое общество не дало заниматься официально. Вот мне и пришлось, добиваться всего самому – наплевав при этом и на это самое общество!