Кто-то предложил уважить братский народ и похоронить Алариха традиционным для готских рейксов способом: повернуть русло подходящей речушки, по всем традициям закопать гроб бывшего правителя в речном иле, после чего вернуть русло обратно. Долго, ресурсоёмко, но зато его никто не выкопает и не осквернит.

С другой стороны, визиготы будут очень довольны, это будет символическое открытие объятий со стороны остготов, обозначающее истинную готовность к совместному существованию под светом единых целей.

Визиготских сенаторов, которыми внезапно стали старейшины родов, уже поглотила пучина коллективных заседаний, поэтому надо подождать ещё пару-тройку месяцев и их будет не отличить от общей сенаторской массы.

Эйрих предлагал насыпать курган, что всяко быстрее, чем смена русла реки, или вообще похоронить Алариха на римском кладбище, по христианскому обычаю, но сенаторов такое не устраивало. Главное, что ими движет — сделать красивый жест, который даже Эйрих не может назвать нерабочим и неэффективным, но вот обходился он в большие деньги…

Похоже, что его инициативу сегодня завернут.

— Сенатор Куруфин, тебе слово, — произнёс Дропаней.

Куруфин возглавляет партию «Фрияй», (5) насчитывающую двадцать четыре сторонника. Если сравнивать с почти что сотней сторонников Зелёной фракции, то выходит безрадостная для Куруфина картина.

Примечательно, что его правая рука, сенатор Осгар, основал собственную партию, названную «Мунс», (6) насчитывающую пятнадцать членов.

Пока Куруфин излагал свою позицию по вопросу, заключающуюся в том, что «Фрияй» вся эта возня не интересна, потому что они занимают настоящим делом, пока остальные маются ерундой, Эйрих поглядывал на Сигумира Беззубого, смурно глядящего прямо на него.

Сенатор Сигумир возглавил партию «Свартс», (7) выступающую за то же самое, за что выступала Чёрная фракция. Правда, их теперь двадцать два, а не пятьдесят с лишним, как было раньше. И Эйриху было очень интересно, чего это старик так пристально на него смотрит.

«Таким взглядом воин смотрит на противостоящего врага», — подумал он.

После Куруфина Дропаней дал слово сенатору Сигумиру и Эйрих приготовился слушать его внимательно.

— Мне не нравится, что эта инициатива вообще выставлена на слушание, — произнёс беззубый старик. — Если бы её выдвинул кто-то другой, я бы, наверное, выступил против. Но её выдвинул Эйрих, сын Зевты, победитель практически всех народов, что смели выступать против нас за последние несколько лет. Он имеет право решать судьбу гниющего трупа им же уничтоженного врага, поэтому я, от лица своей фр… партии, поддерживаю его инициативу.