Метатели багаудов дали несколько залпов по легионерам-контариям, после чего отступили, так как основное их войско буквально напоролось на контосы, в усердной попытке добраться до легионерской плоти.

Эйрих внимательно наблюдал за ходом сражения, причём результаты его очень сильно радовали. Только вот на правом фланге, где стояли неизвестные наёмники, всё получалось не очень хорошо…

Чешуйчатые доспехи, крепкие каркасные шлемы римского образца, тяжёлые секиры — похоже, что легион столкнулся с достойным противником. Впрочем, сломить строй легионеров наёмники не смогли, правда, то же самое можно сказать и о легионерах. Сейчас ничего не понятно, но Эйрих был уверен, что, в среднесрочной боевой перспективе, лучше быть с мечом и щитом, чем в отличных доспехах и с секирой.

— Что там с тыла? — спросил пока ещё проконсул у Атавульфа.

— Тихо, — ответил тот. — Да не придёт никто. Тут сраные горы повсюду, им действительно придётся научиться летать, чтобы обойти нас!

Вражеского командира видно не было, но он обязательно должен существовать, потому что даже такое бедное на тактику сражение требует чуткого контроля. Возможно, по варварскому обычаю, полководец бьётся в рядах своих воинов, что совершенно не делает ему чести в глазах Эйриха. А если он там, то кто всем этим командует?

«А что, если я здесь один?» — пришла в голову Эйриха мысль.

Как бы ни были храбры воины багаудов, но на левом фланге всё для них складывалось очень и очень плохо. Трагически плохо, если быть точным.

Хруст дерева, звон металла, вопли, крики, рык, ругательства, а также продвижение когорты скутатов сквозь толщу врагов, с погребением тел убитых под ногами ещё живых. Эйрих с удовлетворением увидел, что на левом фланге уже состоялась локальная победа, потому что первый ряд скутатов уже начал колоть дрогнувших врагов в спины.

Скоро когорта развернётся направо и ударит во фланг завязших среди контосов воинов центра, после чего дело будет кончено.

Контарии показывали себя отлично, несмотря на некоторые сомнения Эйриха в их выучке и стойкости. Пики двигались вперед и назад, вибрировали под давлением, пропитывались вражеской кровью и сеяли смерть при каждой итерации. Кое-где пики завязли в трупах и были отпущены своими владельцами, которые приняли из задних рядов новые, а где-то уже началась рубка гладиями и даже саблями — враг неизбежно подошёл слишком близко, но даже на такой дистанции ему не предлагалось облегчения боя.

Правый фланг замер в шатком равновесии, в котором стремительно гибли как наёмники, так и легионеры: секиры отлично работали против щитов, а гладии легко находили уязвимости даже в хороших чешуйчатых доспехах. Но это ценный урок для Эйриха, потому что вновь он вернулся к мыслям о необходимости вооружения воинов илдами.