— Взаимно, — с улыбкой кивнул ему Гней. — Недавно нашли под завалом двоих ауксилариев…

— Мне жаль, что нам пришлось брать город штурмом, — вздохнул Зевта.

— Надо было нам этих всех… — скрипнул зубами каменотёс. — Но боялись, м-м-мать его… Этот содомит, как бишь его… Как портовая чайка, сукин сын: прилетел, насрал и улетел.

— Надеюсь, с остальными городами нам не придётся применять силу, — произнёс первый консул. — Когда император вернётся, чтобы забрать то, что мы даём простым людям…

— Встретим, суку, как полагается, — пообещал Гней Ацискула. — Да я сам запишусь в гарнизон, чтобы лично бросать камни со стены!

Пролетарии Равенны, до этого теснившиеся в городе и надеявшиеся на милость нобилей, уже получают свои наделы. Землемеры, набившие руки на десятках тысяч наделов Венетии и Истрии, а также Реции и Норика, уже оперативно делят бывшие земли латифундистов на «пятидесятки», после чего вносят их в реестр земельной комиции при Сенате. Последняя уже насчитывает три сотни человек штата, с перспективой разрастания — вынужденная мера, по причине гигантских объёмов документооборота. Зевта не до конца понимал Эйриха, решившего затеять такое разбазаривание земель, даже несмотря на все его объяснения.

«Это-то понятно, что всем от этого хорошо, но мы-то здесь каким боком?» — задал он себе мысленный вопрос. — «У франков, вон, у вождей самые большие наделы, на манер римских патрициев, а у меня пятьдесят югеров… А я целый консул! Это понимать надо!»

— Чего такой смурной? — спросил у него Ацискула.

— О консулате своём думаю… — ответил Зевта.

— Вот чего не ожидал от готов, так это возвращения к традициям истинных римлян, — улыбнулся римлянин. — У нас всё хорошо было только тогда, когда были консулы, преторы, Сенат… Правильное дело вы затеяли, я так скажу. А о консулате не переживай — ты дельный человек, хорошо делаешь свою работу. Сенаторы всё видят, поэтому могут и на второй срок тебя назначить.

А Зевта знал, что не назначат. Это та самая неприятная часть всей эйриховой затеи — гарантий, что тебя выберут ещё раз, никто дать не может. Будет другой первый консул, а Зевту назначат проконсулом где-нибудь в Реции или Норике, чтобы руководил войсками и берёг границы Республики.

— Ты вот что лучше скажи, — отбросил негативные мысли Зевта. — Что дешевле: построить стену толщиной в шесть пассов вокруг Равенны или поставить двадцать шесть каменных каструмов вокруг неё?

— А какой размер каструмов? — поинтересовался римлянин.

— Ну, на три тысячи воинов гарнизона, — ответил консул. — Чтобы могли держать долговременную оборону, с запасами провизии и просторными казармами со всем необходимым для нормальной жизни.