— Уж лучше собакам, чем таким шакалам, как ты. К тому же ты вор. Тебе нельзя доверять, козленочек. У тебя за пазухой лежит камень.

— Тебе придется согласиться с моими предложениями. Ты замешана в подлоге, и банковские работники готовы подтвердить это. У них имеется опись имущества. Содержимое сейфа зафиксировано. Ты украла гарнитур из бриллиантов, десять тысяч долларов и сорок золотых червонцев царской чеканки.

— Все это принадлежит мне. По завещанию. Но я учту твое замечание и подам на охрану в суд. Они меня обокрали. По–моему, именно они должны нести ответственность за сохранность частных сейфов?

— Ты плохо знаешь законы.

— А мне не нужно их знать. Для этого существуют такие прохвосты, как ты, и я думаю, что ты не самый умный среди них. Ты забываешь, что я любимая и единственная дочь погибшей, а ты — ноль. Ничто! Прах! Собери все свои бумажки и отнеси их в сортир. Ты мне не нравишься, волчара поганый, и ты ничего не получишь.

Левин покрывался потом.

— Ну если ты так ставишь вопрос, то тебе придется отдать мне половину своего куша, детка! Я стану твоим опекуном, и мы придем к общему знаменателю. В противном случае тебя ждет вышка. Колония до совершеннолетия и вышка. Я знаю все, что только можно знать.

— Читаешь мои литературные опусы?

— Брось, детка. Романами ужасов увлекается моя секретарша, а я предпочитаю факты. Начнем с твоего отъезда из Москвы. Следователь уже допрашивал проводника. Они знают, к кому ты пересела в машину на сороковом километре. Тебя вспомнили в кемпинге, где ты прикончила Горочку Любимова. К тому же поймали твоего сутенера из красной машины, и тот все о тебе рассказал. В придорожной забегаловке подтвердили, что вы уехали вместе. Тут уж никуда не денешься. Судья и его жена убиты, и не имеет значения, кто это сделал. Вас двое, и вы сообщники. И после всех приключений как довесок сюда можно подкинуть дневник. Вот тут он уже другую роль сыграет, юная моя романистка. Тяжелый довесок!

Тоннель кончился, и лодка выплыла из грота на открытый воздух. Черная гладь озера казалась бесконечным зеркальным пространством, где отражались мерцающие звезды.

— Только я один могу тебя спасти, — после паузы добавил Левин. Он уже чувствовал в своих руках победу.

Некоторое время Даша молчала, продолжая грести. Плеск воды был единственным звуком в мертвой тишине. Левин не видел лица противницы. Луна светила ей в спину, и он лишь различал хрупкий силуэт с соблазнительными формами.

— И каким же образом ты можешь вытащить меня из трясины? — тихо спросила она.

— Я могу предоставить тебе твердое алиби. Все это время ты провела вместе со мной в Ялте. У меня есть там надежные люди, которые подтвердят сказанное. Нас зарегистрируют в отеле задним числом. Деньги делают все.