Возле машины никого не было. Нина прищурилась. Слабое зрение не раз подводило ее.

— Что за глупые шутки! — раздраженно сказала она.

— Это не шутки, Нинок!

Перед ней выросла та самая брюнетка.

— Что вам нужно? Я вас не знаю.

— Зато я тебя знаю. Где ключи от машины?

— В портфеле, — машинально ответила секретарша.

— Вот и чудненько. Иди сюда.

— Чего ради.

В тусклом свете фонаря блеснул никелированный ствол пистолета. Того самого, который она привезла из Москвы.

— Ради большой любви. Зря ты, подружка, ввязалась в эту историю.

Наконец она узнала знакомый голос, и у нее подкосились ноги. Ничто на свете не могло напугать ее больше, чем стоящая перед ней тень. Девушка онемела, как кролик перед удавом. Страх и тот растворился где–то в ночи. Тут случилось что–то непонятное и необъяснимое.

— Раздевайся, — приказала Даша.

В течение нескольких минут они обменивались одеждой. Затем Даша залезла в портфель Левина и нашла ключи. Она подняла крышку багажника, приблизилась к Нине, левой рукой сняла с нее очки, а правую с пистолетом прижала ко лбу жертвы. От холодного металла у Нины по коже пробежала дрожь. Она закрыла глаза и не двигалась. Даша нажала на спуск, и слабый хлопок выстрела затерялся в ночи.

Труп Нины лежал на дне багажника, а дымчатые очки валялись возле лица. Подслеповатые карие глаза остекленели и уже ничего не видели.

— Ну что? — спросил сторож. — Решили остаться?

— Не совсем так. Я решила ехать поездом, а машиной воспользуется хозяин. Я от него устала.

В очках Нины Даша видела очень плохо и тут же их сняла, как только вышла со стоянки.

Свою сумку она повесила на плечо, а портфель несла в руках.

Номер 094 оказался открытым. Даша вынула из портфеля Левина деньги, документы и, оставив адвокату смену белья, бросила портфель на кровать. 1