— Катя что случилось, я ничего толком не помню. Вроде всё было нормально, мы с Настей ехали домой…. Настя! Что с ней? — попыталась подняться я.

Меня сразу подхватили и уложили обратно.

— Все хорошо, с ней ничего не случилось, — вытирая у меня выступивший пот ответила подруга.

— Ты меня обманываешь! Она была бы рядом. Скажи мне правду.

— Честное комсомольское! Анастасия Федоровна всю ночь вместе со мной у тебя дежурила. Только утром смогла уговорить её немного отдохнуть. Если дашь честное слово не двигаться, тот я сейчас же за ней сбегаю, — после чего дождалась моего кивка и выскочила в коридор.

Вернулась не одна, а с целой толпой сопровождающих. Сестра сразу подбежала ко мне, а потом целый час плакала на моей груди. Вот и спрашивается после этого, кто у нас больной и пострадавший.

Врачи тактично вышли, дали нам пообщаться без лишних глаз. Катя сидела с нами рядом и шмыгала носом, откат наступил и у неё.

Меня вначале всю зацеловали, а потом на пару отругали, будто это я виновата в той аварии. Пыталась вяло оправдываться, но меня никто не слушал.

— Ты почему повернула направо? Жить надоело? — наседала сестра.

Что либо говорить было бессмысленно, всё равно виновата.

— Понимаю что ты хотела меня спасти, но я уже старая, а у тебя вся жизнь впереди, — продолжала она.

— Впереди? Я спасала самого родного и близкого человека! У меня кроме тебя и Кати никого в этом мире нет! Вы за кого меня принимаете, за полную эгоистку? — не сдержалась и начала кричать.

Кричать конечно громко сказано, скорее злобно шипеть, но всё равно впечатление на моих наседок произвело.

— Если больная огрызается, значит дело идёт к выписке, — услышали мы голос у двери.

Это оказался мой лечащий врач, который выпроводил всех из палаты, даже Катерину.

Осмотр был полный, доктор заглянул в каждое отверстие, в каждую щель, прощупал всё что только можно. На стеснение у меня не оставалось никаких сил, приходилось только краснеть.

— Прекрасно молодая барышня, вы семимильными шагами идёте на поправку. Ещё вчера там — он неопределенно показал рукой куда-то вниз — Был виден небольшой шрам, а сегодня от него не осталось и следа. Хирургическая нить ещё торчит, её уберем после окончания осмотра. А сейчас поднимите правую руку….

Нить действительно убрали, было вдвойне неприятно. Во первых немного больно, а во вторых… она же там… ну вы понимаете.

После я устало откинулась на подушки и осмотрелась. Палата на одного пациента, светлая и какая-то… что ли старинная. Громоздкая угловатая аппаратура, стеклянный шкафчик с различными пузырьками и цветы, море цветов.