Мирана утомляли ее жалобы. Он не мог дышать: любовь, казалось, сжимала ему горло. Кроме того, тоска Генюль была для него словно пытка.

– У меня слишком много работы, Генюль. – Миран разбирал лежавшие перед ним файлы совершенно равнодушно, будто жена не сидела перед ним. – Я отсутствовал на работе больше месяца, накопилось множество дел. Я не справляюсь. Я занят, пойми меня.

– Ты солгал своему дяде? – неожиданно спросила Генюль.

Миран поник окончательно. Он поднял голову и сердито взглянул на жену:

– Что я тебе сказал? Не смей говорить с моим дядей!

Генюль не отвечала. Она встала и подошла к огромному окну, которое занимало половину стены. Кабинет располагался на верхнем этаже, и весь Стамбул лежал как на ладони. Глядя на море, Генюль сказала то, что наверняка рассердило бы Мирана.

– Если бы мы не ездили в Мардин из-за этой девушки, то могли бы сейчас проводить время вместе.

Мирану уже стало все равно. Несмотря на его запреты, Генюль упорно продолжала вспоминать Рейян. Он больше не чувствовал необходимости отвечать. Его молчание вынуждало Генюль продолжать говорить. Ошеломленный Миран расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке, чтобы было легче дышать. Этому браку всего год, а он уже не дает ему жить. Он уткнулся в монитор, ожидая, что Генюль скоро сдастся и замолчит, но он ошибался. Внезапно перед ним упал лист бумаги.

– Что ты делаешь, Генюль? – слишком резко спросил он.

Миран взял бумагу и с удивлением обнаружил поддельный больничный лист на имя Генюль.

– Что это? – строго поинтересовался он. – Что ты задумала?

– Я спасла тебя от твоего дяди, – высокомерно ответила Генюль. – Как ты собирался объяснять свое столь длительное отсутствие в Стамбуле? Я сказала, что сильно заболела и мы уезжали лечиться. И твой дядя поверил. Ты хоть представляешь, что было бы, если бы он узнал о твоих делах?

Миран сжал кулаки и яростно процедил:

– Это на тебя давило, Генюль? Я не боюсь своего дядю, так почему ты-то боишься? – Миран больше не мог выносить тяжелого состояния жены. Он потянулся к рабочему телефону на столе, поднес трубку к уху и резко приказал: – Ко мне в кабинет, Сарп!

Генюль молчала, понимая, что делает Миран. Дверь отворилась, вошел мужчина с опущенной головой. Миран спокойно спросил:

– Ты отведешь Генюль домой?

Девушка гневно покинула кабинет, а Сарп отправился следом. Миран вздохнул с облегчением, когда дверь за ними закрылась, и откинулся на спинку стула. Он не мог избавиться от этой безумной женщины и разорвать их брак.

Вскоре дверь снова отворилась. На мгновение Миран подумал, что Генюль вернулась, и нахмурился, но увидел входящего Арду и мгновенно успокоился.

– Ты опять?

– Что такое? Я тебя раздражаю? – усмехнулся Арда.

Миран улыбнулся. Арда – один из тех немногих людей, кто всегда может заставить его улыбнуться. Их дружба зародилась еще в школе, и с того времени они оставались неразлучны, словно братья. После того как Миран вступил во владение наследством, получив компанию отца, он вел дела вместе с Ардой. Дядя тоже играл важную роль в жизни Мирана, так как он все это время заменял ему отца.

– Как ты себя чувствуешь? – неожиданно серьезно спросил Арда. – Что происходит в твоей голове?

– Ничего… – Миран раздраженно взъерошил волосы руками.

– Почему ты такой нервный, когда должен быть счастлив? – с намеком поинтересовался Арда, поддевая Мирана. Арде не нравилась идея мести с самого начала, из-за этого друзья много раз напрасно ссорились, но никто не мог отговорить Мирана от его решения.

– Все пошло наперекосяк, – произнес Миран, оперевшись о стол. – Рейян не вернулась в особняк, Хазар ни о чем не подозревает. Более того, она может появиться здесь в любую минуту!

– Допустим, вы с ней столкнетесь. Что произойдет?

Миран скрестил руки на груди. Он не мог ответить на вопрос, так как не знал, что делать. Он глубоко вздохнул и взглянул в окно.

– Она где-то в этом городе, дышит со мной одним воздухом.

– Почему тебя это так волнует? – спросил Арда, пытаясь найти главную причину этой проблемы. – С Рейян все кончено. Тебе остается ждать ответных действий ее отца.

Миран не ответил, и Арда, как обычно, продолжил его упрекать:

– Ты буквально играл с огнем. Знаешь, что значит для этой семьи честь? Тебе без суда пустят пулю в лоб!

– Я начал эту войну не для того, чтобы умереть. Я не проиграю в этот раз! – прошипел Миран сквозь стиснутые зубы. Он прижал руки к вискам, пытаясь унять ноющую боль в голове. – Иногда я не могу дышать, мой брак меня душит…

Арда откинулся на спинку стула и скрестил руки, глядя прямо на Мирана. Он видел, как мучается его несчастный друг.

– Я много раз тебя предупреждал в прошлом году. Ты не должен был жениться на Генюль. Посмотри на себя… Ясно как божий день, что ты ее не любишь. Теперь, когда вы оба страдаете, тебе стало лучше?

– Иногда мне хочется биться головой о стену. Будь проклят тот день, когда я сказал, что не могу бросить Генюль, и согласился на свадьбу.

– Ты не в силах изменить прошлое, но ты можешь избегать в будущем ошибок, о которых будешь сожалеть. – Арда указал пальцем на Мирана, словно обвиняя. – К сожалению, ты продолжаешь совершать чудовищные ошибки. Не буду лгать, – продолжил Арда. На его лице появилось странное выражение, будто он боялся собственных слов. – Последнее, что ты натворил, ужаснуло даже меня. Ты не должен был трогать Рейян, Миран, и использовать невинную девушку в своих целях. То, что ты сделал…

Гневные крики Мирана прервали его речь:

– Ошибка или нет, тебе что?! Я ни капли не жалею и воспользовался бы этой девушкой снова, не задумываясь! Никто не вправе вмешиваться в мои дела, даже ты, Арда!

Миран вскочил со стула и вышел, хлопнув дверью. Он готов был поссориться даже с таким близким человеком, как Арда. Гневно сжимая кулаки, Миран направился к лифту. Нет, он не утверждал, что невиновен, но нападки тети, Генюль и Арды стали совершенно невыносимы.

В лифте Миран невольно взглянул в зеркало. В глубине его выразительных глаз скрывались и ужасный преступник, и беспомощный ребенок. Миран готов ответить за свои слова. Приливы неописуемых эмоций испортили ему настроение. Поверни время вспять – он все равно женился бы на Рейян. Но сможет ли он оставить ее на этот раз? Он не знал…

Миран шел извилистой каменистой дорогой, будто попал в лабиринт. Он окончательно запутался, сердце его было в смятении. Его путь вел либо в тупик, либо в глубокую трясину, которая рано или поздно его утянет. Терпение Мирана подошло к концу!

* * *

Беду ощущают лишь те, на кого она навалилась. Огонь, который разжег Миран, сначала сжег Рейян, а затем ханим Зехру. На следующий день после свадьбы дочери, когда ханим Зехра узнала горькую правду, она будто сгорела изнутри. Она нервно ходила туда-сюда по особняку вот уже два дня, но никому не пришло в голову, что за этим скрывается какая-то беда. Обитатели особняка полагали, что ханим Зехру так сильно расстроил уход дочери.

С тех пор как она узнала, что произошло с Рейян и что виновником оказался ее муж, Зехра не могла даже пить, и молчать стало невмоготу. Она собиралась рассказать все о произошедшем с Рейян уже сегодня.

Ханим Зехра медленно спускалась по лестнице, судорожно цепляясь за перила: дрожь охватила ее. Все обитатели особняка уже собрались за столом перед ужином. Хавин увидела тетю на лестнице, помахала ей и улыбнулась. С тех пор как ушла Рейян, Зехра почти не ела.

– Тетя, мы ждем вас!

Ханим Зехра подошла к столу со скорбным выражением лица, и это не ускользнуло от внимания окружающих. Госпожа Делал решила, что неплохо бы взять ситуацию под контроль, поэтому произнесла:

– Ты – не первая мать, выдавшая дочь замуж. Возьми себя в руки, Зехра. Подумай о Рейян.

Ханим Зехра по очереди осмотрела лица всех присутствующих. Теперь все почувствовали, что что-то не так.

– Ты в порядке, мама? – разволновался Бедирхан.

Господин Джихан, Хавин, Азат и госпожа Делал – все пристально всматривались в лицо Зехры, которое приняло ужасное выражение. Она же не сводила взгляда с одного человека – своего мужа. В этот момент с ее губ сорвались слова, от которых у всех присутствующих застыла кровь:

– Возможно, я – не первая мать, которая выдала замуж дочь, но я могу оказаться первой женщиной, которая пожертвовала дочерью ради чужой мести.

За столом повисла тяжелая тишина. Азат первым нарушил молчание:

– Что это значит, тетя?

Фатьма, снедаемая любопытством, застыла в кухонных дверях, а госпожа Делал уставилась в окно.

Зехра не сводила глаз мужа.

– Кто такой Миран? Кто тот человек, которому ты отдал мою дочь, Хазар?

Господин Хазар медленно поднялся со стула. Он понятия не имел, о чем говорила его жена.

– Что ты такое говоришь, женщина? Разве ты не знаешь, кто такой Миран?

– Хорошо, а ты знаешь, кто такой Миран?

Господин Хазар встал перед своей женой, и у всех присутствующих перехватило дыхание. Особенно напрягся Азат. Ханим Зехра опустила взгляд на стол. Недолго думая, она сдернула с него скатерть, и вся посуда с грохотом посыпалась на пол, заставив всех встать.

– Как ты посмел бросить мою дочь в огонь, а? Как ты мог отдать Рейян сыну врага? Ты никогда не думал о том, что с нами будет?

Господин Хазар широко распахнул глаза от удивления и гнева. Он ничего не понял из слов своей жены и очень рассердился.