Прошел час после отъезда Мирана, и Рейян глубоко погрузилась в чтение. Она обожала книги. Они стали ее единственными друзьями и спасением от одиночества в тяжелое время. Несколько дней назад Миран купил несколько книг для Рейян. Кое-что общее у них все же нашлось – они оба любили читать.

Вдруг раздался звонок, и Рейян оторвалась от чтения. Она оставила книгу на диване и побежала к двери: сначала она подумала, что вернулся Миран, но потом вспомнила, что он не стал бы звонить. Она очень удивилась, увидев на пороге Эйлюль.

Девушка вошла внутрь с огромным тортом в руках. Рейян не знала причины визита, но и не проявляла особого любопытства. Скорее всего, она пришла увидеться с Мираном.

– Добро пожаловать, – поприветствовала Рейян, закрывая дверь. Эйлюль осматривала дом.

– Спасибо, – ответила она, безошибочно направляясь к кухне. – Извини, что без предупреждения.

Рейян последовала за ней. Эйлюль с улыбкой поставила коробку на стол.

– Очень красивый дом.

Рейян не ответила: в конце концов, дом выбирала не она.

– Что-нибудь выпьешь? – попыталась сменить тему Рейян.

– Чашку кофе, пожалуйста, – ответила Эйлюль, не переставая улыбаться. Пока Рейян доставала кофейник, девушка продолжила: – Я собиралась приехать раньше, но не решалась. Сегодня мне позвонил Миран и попросил приехать к тебе. Он, должно быть, думает, что тебе скучно одной.

Рейян неопределенно улыбнулась, и, хоть ее лица не было видно, Эйлюль заметила это:

– Ты улыбаешься.

– Неправда.

– А теперь ты врешь.

Рейян сдалась и улыбнулась, а Эйлюль широко улыбнулась в ответ. Наконец лед между ними растаял.

– Мы очень сожалеем о том, что случилось в тот день с Генюль. Мы с мамой не знали, как тебе в глаза смотреть.

Рейян оперлась на стол. Она не знала, что ответить: пока Миран намеренно обманывал ее, тетя молчала. К сожалению, она не могла так легко все забыть и простить, смириться с произошедшим.

– Не нужно грустить, – ответила Рейян. – Все в прошлом.

– Ты права.

Эйлюль указала на торт:

– Я не хотела приходить с пустыми руками. Любишь торт?

Рейян улыбнулась в ответ. При виде торта она почувствовала голод. Хорошо, что пока у нее не проявлялось необычных пристрастий, свойственных беременным. Не хотелось поднимать Мирана посреди ночи.

Наконец кофе сварился, и девушки переместились в комнату с чашками и кусочками торта на тарелках. Рейян полюбила Эйлюль с первой встречи, но ее дружба с Генюль все же напрягала Рейян. Время покажет. Рейян больше не доверяла людям сразу.

Прошло уже много часов после ухода Мирана, но он все не возвращался. Рейян еще нервничала из-за утренних новостей. Она не могла сдержаться, чувствуя, будто скоро взорвется. Она взяла телефон и набрала номер Мирана, но тот не ответил. Беспокойство Рейян заметила Эйлюль.

– В чем дело? – тревожно спросила она. – Ты ведешь себя странно с самого моего прихода.

– Я не совсем в порядке, – Рейян дернула ворот свитера, чувствуя, что задыхается. – Миран…

– Рейян, что происходит? – Эйлюль подошла вплотную и заметила, что девушку трясет. Рейян не могла признаться, что ее отчим и Азат едут в Стамбул. Вражда семей заставляла ее постоянно нервничать и жить в напряжении.

– Миран сказал, что вернется через несколько часов… Он не пришел, он не придет.

Если бы Эйлюль не видела, как сильно переживает Рейян, то рассмеялась бы.

– Ну, Рейян, – улыбнулась она. – Он не маленький мальчик, у него есть работа.

Рейян потеряла счет времени. Она чувствовала всем сердцем, что произошло что-то плохое. Эйлюль никак не могла ее успокоить, что бы ни делала. Но и она тоже волновалась, что Миран не отвечает на звонки.

Неожиданно у Эйлюль зазвонил телефон.

– Не волнуйся, Арда звонит, теперь мы узнаем, где он.

Она ответила на звонок и через несколько секунд вдруг побледнела. Рейян поняла, что ничего хорошего она не услышала. Пришла беда, которую Рейян чувствовала с самого утра.

– В брата стреляли! – сообщила Эйлюль, бросая трубку. Слепая пуля только что развязала войну.

Глава 24. Место пожара

Глава 24. Место пожара

Порой боль заставляет нас преклонить колени перед врагом, и не хватает слов, чтобы описать ее. Мстительные сердца немы перед добром. Попытки бороться оказываются тщетными – лишь силы истощаются, – и даже мужество беспомощно перед ликом смерти.

Обезумевшая от горя Рейян ждала у отделения «Скорой помощи». Она рыдала, с трудом подавляя крики. С тех пор как она узнала ужасную новость, сердце ее горело. Она винила себя: она знала об опасности, но отпустила Мирана, не помешала ему уйти. Почему нельзя вернуть тот час и предотвратить случившееся? Рейян не знала о том, что произошло, понятия не имела о том, кто стрелял в Мирана. Не знала, жив ли он вообще. Ожидание новостей убивало. Девушка чувствовала на спине холодное дыхание смерти, и каждый вдох давался ей все труднее: легкие будто пронзало невидимое копье. Страх сковал ее. Несомненно, Рейян запомнит этот момент на всю оставшуюся жизнь. Она неподвижно наблюдала за врачами, бегущими к машине перед отделением «Скорой помощи». Одну руку она прижала к разбитому сердцу, другую – к дрожащим губам. Ее ноги будто заковали в кандалы, и тяжкий груз свалился на плечи. Что это за боль?

Дождь неприятно хлестал в лицо, но Рейян не реагировала. Из подъехавшей машины вышел Азат, а затем из задней двери вынесли на носилках Мирана. Увидя его, Рейян закричала так громко, что, казалось, вместе с ней эхом застонал весь город:

– Мирааааан!

Рейян, с трудом передвигая ноги, подошла к нему. Неужели ей суждено увидеть окровавленное бездыханное тело любимого? Пуля попала в верхнюю часть спины. В Мирана стреляли сзади, как и в его отца много лет назад.

История повторялась, и другой Шаноглу вершил судьбу следующего Карамана!

Врачи везли Мирана в операционную под непрекращающиеся крики Рейян. Глаза девушки не видели вокруг ничего, кроме любимого. Белая рубашка Мирана окрасилась в красный, а сердце Рейян обратилось в пепел. Прядь волос упала на его лоб, отбросив тень на побелевшее обескровленное лицо. Рейян прижала ладонь к его щеке. Она чувствовала, что сходит с ума. Чувствовала, как чьи-то руки пытаются оттащить ее, но не видела, чьи именно.

– Он жив? – душераздирающе кричала она. – Ради бога, скажите, он жив?

В ушах звенело, и она не могла расслышать ответа на свой вопрос. Носилки остановились, и она упала на Мирана. Десятки глаз наблюдали за ними.

– Не умирай, Миран… Умоляю тебя, не умирай! – Рейян горестно всхлипывала, не отрываясь от раненого. Она снова пронзительно закричала: – Клянусь, я прощаю тебя!

Не слишком ли дорогой оказалась цена за совершенные им деяния? Не слишком ли тяжелый и болезненный конец?

Врачи пытались оттащить Рейян, чтобы везти носилки дальше, а она лишь рыдала и повторяла:

– Клянусь, я прощаю!

Рейян наблюдала, как Миран удаляется и скрывается в одном из кабинетов. Она почувствовала головокружение, осела на землю и прижала руки к раскалывающейся от боли голове, но тут же вскочила и бросилась за ним, а двери операционной захлопнулись перед ее носом.

– Пожалуйста, не умирай! Все не может закончиться вот так, Миран…

Все пропахло кровью: лицо Рейян, руки, одежда. Не хватало слов, чтобы описать всю боль, которую она чувствовала. Каждая клеточка ее тела, казалось, горела. Рейян прислонила голову и руки к холодному стеклу. Человек, которого она любит, каждую секунду отчаянно борется за свою и ее жизнь за той дверью!

От запаха крови в горле першило, а Рейян все плакала. В воздухе, казалось царил запах смерти, и девушка задыхалась от него. Почему она ни разу не улыбнулась ему? Почему не сказала, что простила? Почему не держала его за руки, глядя в глаза? Она не хотела об этом думать, но… Если Миран умрет, как станет жить Рейян? Но он ведь не умрет, не так ли? Он не оставит жену с нерожденным ребенком, не уйдет сейчас? Нет, он не должен.

Рейян простила его за все, забыла все, что он совершил. Кто имел право наказывать его, когда он одно за одним стирал плохие воспоминания из памяти? Рейян убрала руки от стекла и огляделась в поисках Азата, а затем беспомощно направилась к выходу. Шум и суета, доносившиеся из-за дверей, убивали ее надежды. Азат стрелял в Мирана?

Арда поднял крик при виде Азата, но Рейян ничего не слышала: все ее мысли занимал Миран, и она не услышала, что разразилось за дверью.

Рейян покинула больницу, не обращая внимания на боль в ногах, которые едва двигались. Пошел снег, подул сильный ветер. Погода в Стамбуле замораживала сердца. Она заметила Азата перед машиной и, собравшись с силами, направилась к нему. Азат заметил кузину и застыл на месте. Лицо его оставалось неподвижным, но в глазах читалось чувство вины. Рейян подошла к Азату и с силой толкнула его в грудь.

– Ты это сделал, – стонала она, нанося удары изо всех сил, но Азат даже не шатался. Рейян устала.

– Не делай этого! – остановил ее Азат, схватив за руки. Он запретил себе называть имя этой девушки.

– Почему ты это сделал, почему, почему? – рыдала Рейян, поражая Азата до глубины души. Она ударила еще несколько раз, дрожа все больше и теряя рассудок. Ноги подкосились, и Рейян упала на землю. Казалось, что она больше никогда не встанет… Хотелось закрыть глаза и не открывать больше никогда!