Он, ничуть не стесняясь, заталкивает игрушку, и я едва не теряю сознание от приторной сладости.

Мои веки опускаются, но, собравшись с силами, я вновь открываю глаза и вижу, что Фионн смотрит на меня так, словно готов растерзать. Медленно вытаскиваю эту штуковину изо рта и, не говоря ни слова, многозначительно поднимаю её над головой, демонстрируя остатки розового сахара.

— Знаешь, меня ещё никогда не трахали в задницу, пока я ем сахарную вату. Это, наверное, главная фантазия каждой циркачки.

Фионн протягивает мне горсть липкой розовой ваты, которая осталась на его руке, а затем подходит ко мне вплотную сзади и расстегивает ремень.

— Ты серьезно?

— Нет. Думаю, только я об этом мечтаю.

— Кстати, я тоже ещё ни разу не трахал девушку в задницу, пока она ест сахарную вату, — шепчет он мне на ухо, открывая тюбик со смазкой и обильно поливая дырочку. — Видимо, мы квиты.

Я подмигиваю и начинаю облизывать игрушку, а потом поворачиваюсь. Все тело дрожит в предвкушении. Сладость во рту прекрасно сочетается с видом его эрекции. Он обмазывает свой член смазкой и начинает дразнить, водя кончиком вокруг моего сжатого кольца, слегка дразня, и затем скользит вверх по щели, и обратно вниз, повторяя это движение, не спеша. Ласкает мою руку, безмолвно предлагая добавить ещё ваты на фаллоимитатор, и я делаю это. Он прижимается головкой к моей дырочке, пока я наматываю сладкие нити на игрушку. А когда засовываю её обратно в рот, он проталкивается внутрь через плотное кольцо мышц.

— Иисусе всемогущий, — шипит он, останавливаясь, войдя лишь только головкой. Я уже задыхаюсь, отчаянно желая большего. — Твоя узкая задница — это, блять, просто рай, Роуз, — он проталкивается ещё на дюйм, и я стону. — Скажи мне, что ты хочешь.

Фионн отстраняется назад, почти полностью выходя из меня, и я жалобно скулю. Он тихо смеётся, а я чувствую, как по моим венам течёт кипящая лава. Он снова прижимается ко мне, проникая ещё глубже, и моё тело вздрагивает. Я вытаскиваю игрушку изо рта.

— Хочу, чтобы ты трахал меня, как хочешь, и не думал ни о чем.

Фионн замирает на мгновение. Я бросаю на него взгляд через плечо и вижу, как изменилось его лицо. Как будто маска, которую он носил, внезапно раскололась, обнажив его истинную, темную и страстную натуру.

— Если вдруг станет неприятно, просто скажи или дотронься до моей руки, — с трудом выговаривает он.

Я молчу. Отрываю ещё один кусок ваты и обматываю им игрушку, засовываю в рот. После чего включаю вибрацию и поворачиваюсь лицом вперёд.

Животный рык наполняет тёмное пространство, и Фионн проникает в меня до самого конца.

Вот оно. Вот чего я хочу. Глубокие, яростные толчки. Мои бедра зажаты в его сильных руках. На моей коже остаются следы от его пальцев. Он яростно вдалбливается в меня. Снова. И снова. Выходя почти полностью и возвращаясь обратно с ещё большей силой. Трахает меня, не думая ни о каких последствиях. Ни о завтрашнем дне. Ни о тех правилах, которые мы с такой легкостью нарушили. Он ускоряет темп. Быстрее. Жестче. Я вытаскиваю игрушку изо рта и громко стону, когда он вдалбливается в меня, охваченный дикой похотью. Вибратор продолжает жужжать, усиливая ощущения. Просовываю руку между ног, прижимаю игрушку к клитору. Все мое существо сжимается в предвкушении, каждая мышца напряжена до предела. Волна наслаждения накрывает меня с головой, и я кричу, забыв обо всем на свете. Фионн закрывает мой рот рукой, чтобы заглушить крик. А затем кусает меня за шею, словно дикий зверь, и начинает трахать с ещё большей яростью. Перед моими глазами вспыхивают искры, и я кончаю, изнывая от удовольствия. Стенки влагалища сокращаются вокруг его члена. Фионн рычит мое имя, входя до самого конца и кончает внутрь, как и обещал.

Его дрожащие руки упираются по обе стороны от моей головы на прилавок, и толчки замедляются. А моё тело словно парит в невесомости, кости стали мягкими, а в голове — тишина, лишь лёгкий гул, как будто слушаешь старое радио.

— Чёрт возьми, Роуз, — выдыхает Фионн, откидываясь назад. Слышу, как сбито его дыхание. Он пытается прийти в себя. Невероятно медленно начинает выходить из меня, будто смакуя момент, и я оборачиваюсь, чтобы посмотреть, как он наблюдает за этим процессом, жадно рассматривая каждый сантиметр. И как только его член полностью выходит, он хватает фаллоимитатор, выключает вибрацию и снова засовывает его мне в задницу.

— Я же обещал, — шепчет он, и я тихонько скулю, потому что желание вспыхивает по новой. — Сперма останется там, где и должна быть, трахать я тебя буду уже в трейлере. А сейчас, — он переворачивает меня, широко раздвигая ноги, — сделаю твою киску ещё слаще.

С замиранием сердца наблюдаю, как Фионн отрывает кусочек ваты и кладет на язык. Медленно опускается. Смотрит в глаза, языком нежно касаясь моего набухшего клитора.

Я кладу свою руку поверх его руки, лежащей на моём бедре. Наши пальцы переплетаются, и он сжимает мою ладонь, словно боясь отпустить. И именно в этот момент, когда наши глаза встречаются, я понимаю, что ради Фионна Кейна готова пойти на всё.

И впервые в жизни надеюсь, что когда-нибудь он почувствует то же самое.

20 — МОНСТР

20 — МОНСТР

ФИОНН

ГОД СПУСТЯ

| Удачи сегодня вечером, Док! Сильно пусть не бьют по лицу. Оно красивое, и я люблю на него смотреть;)

| АХАХА, спасибо! Я сделаю все возможное. И даже если оно будет разбито, ты всё равно будешь на нем сидеть. Обещаю.

| С нетерпением жду завтра.

| Я тоже! Мне на работу к семи, так что, если твой рейс задержится, просто заходи.

Засовываю телефон в сумку, стягиваю через голову футболку и бросаю все это в шкафчик. По-хорошему, я должен сейчас думать о том, что собираюсь делать, пока иду сквозь толпу к рингу. Должен слушать, как меня представляют и какие правила. Должен быть сосредоточен на своем противнике. Но нет. Я думаю о Роуз.

Я пытался держаться от неё подальше, но у меня никогда не получается. Постоянно появляется какой-то повод, чтобы снова свести нас вместе. Взять хотя бы свадьбу Роуэн и Слоан — я тогда изо всех сил старался сбавить обороты и дать нам обоим немного пространства, чтобы передохнуть. И что в итоге? Мы переспали в туалете отеля «Лейтонстоун». Просто помогали им с организацией спонтанной свадьбы, а я уже через десять минут я сосал её сосок и трахал её как зверь. И это не говоря уже о самой свадьбе. Роуз была невероятно красива в платье подружки невесты, её улыбка озаряла все вокруг, она так радовалась за своих друзей. В тот вечер я чуть не сожрал её киску в подсобке бара, как будто это мой последний шанс. И на свадьбе Ларк и Лаклана несколько недель спустя я бы тоже не удержался, если бы мы там присутствовали. Но дело не только в сексе. Если честно, это просто приятный бонус. Каждую свободную минуту я хочу проводить с Роуз. Она веселая. Чертовски умная. Непредсказуемая. Она проживает свою жизнь с открытым сердцем, любит себя и не боится этого показывать. Она принимает в себе абсолютно всё, от безумного хаоса до яркого света. Я восхищаюсь ею так, как не восхищался никем и никогда, потому что раньше мне даже представить себе было сложно, что можно вот так просто жить и чувствовать. Но она заставляет меня верить, что я тоже могу измениться. Она как будто чувствует все мои тайны, мои страхи и желания, которые я так тщательно скрываю. И её это не пугает.

Мои собственные страхи отступают, заменяясь дикой потребностью, от которой уже не избавиться. Потребностью быть с Роуз. Потребностью в чем-то большем. Каждый раз она поглощает меня, клетка за клеткой.

Мы редко видимся. Когда её нет рядом, мне тяжело. Я скучаю по её присутствию в своем доме, по тому, как она его преобразила. Скучаю так сильно, что поливаю её цветы, чтобы они не завяли, пока она не приедет, а она приезжает редко, хотя и решила провести в Бостоне пару месяцев, поскольку сезон цирка подходит к концу. И она уклоняется от разговора, когда речь заходит об этом.

«Просто подумала, что стоит задержаться в Бостоне, посмотреть, что тут интересного. Мне было не по себе, что я не смогла приехать на свадьбу Ларк и Лаклана, да и отдохну немного», — сказала она, пожимая плечами, когда мы разговаривали по видеосвязи.

«У Барбары все хорошо, она с Шерил и пуделями. Близнецы покатаются на моих байках, пока я не вернусь. Да и Базу нужно немного свободы. Я одолжу ему Дороти, теперь он умеет водить. Ну, знаешь, просто сделаю приятное его маме, чтобы она тоже отдохнула от него», — добавила она чуть позже. «К тому же Лаклан сказал, что его квартира пустует. Надо же кому-то присматривать за ней, в конце концов».