А ведь она во мне не умирала,

Она жила. Супруга моего,

Как только получил он генерала,

В тюрягу упекли за воровство.

Он двигатели танковые тырил,

Я за него хочу поднять бокал,

Он не был главный вор по всей Сибири,

Всего лишь тройку лучших замыкал!

Ну, в общем, ты бы мог тогда остаться,

Немного надо было потерпеть,

И избегать подстав и провокаций,

И в тряпочку тихонечко сопеть.

И, вместе передачи собирая

Сидельцу, горемыке моему,

Любить друг друга. Да, она такая,

Любовь моя к тебе. Да и к нему.