Он прополоскал рот холодной водой, сплюнул в подставленный тазик, попробовал еще. и так изо всех грудок.
- Вот эта вкусна! - уверено указал он.
- Так и мастер показал на пятую тряпочку. Да, ваше высокоблагородие, вы оба указали на ту же грудку соли.
- Это еще не все! - усмехнулся Макурин, - свет мой, солнышко, скажи, эта соль действительно вкусна?
Настя, недовольно сидевшая, так нехорошо стрельнула глазами, но нехотя взяла щепотку.
- Довольно вкусна, - призналась она, - в Зимнем дворце сейчас возят из Торжка. Но она отдает какой-то кислинкой. А этаничего.
Что же, все хорошо. Объявил:
- Передай, Аким, что я доволен. На днях мне надо побывать в Санкт-Петербурге, а потом я буду на соледобыче. Как у вас там?
- Весна еще, холодно, да и требовалось с солью определить. Но сейчас, как только мужики закончат с посевной, то быстро поднимет.
Да, все крепостные мужики хороши, но цикл сельскохозяйственных работ их приковывает. А что сделаешь. Не уберут крестьяне хлеб, они вместо уверенных налогоплательщиков превратятся в тяжкий груз.
- Ладно, Аким, иди, - разрешил он. Помещику надо было после обеда еще пройти по деревне и, если удастся проехать по другим деревням. А то крестьяне даже не видели еще своего помещика. Так и верить начнут, как в бога. Он есть, но его никогда не увидишь. Так ведь можно подойти и к следующему выводу – а зачем ему подчинятся? Но пока все!
- Эх, Настюшка! - облегченно вздохнул он, - тяжела это ноша, поместье!
Сграбастал ее, как бы не чувствуя девичьи руки, жестко, но бессильно пытавшаяся отвергнуться от жениха и сохранить свое личное пространство.
- Настя, дурочка такая, как я тебя люблю! - так страстно казал он ей, что она не выдержала, чарующе улыбнулась. Правда, перед этим все же стукнула, но не зло и не больно.
- Ты зря на меня сердишься, - уже серьезно сказал он ей, - что мужчины смотрят на фигуру каждой женщины, так это в нас от Бога. Ты же не ведь не озлобишься на Бога, милая?
- Не богохульствуй! – предупредила она его, но так по-доброму и влюбленно, что он не выдержал и крепко поцеловал.
Она сопротивлялась, хотя как бы и не против. А потом плюнула на все эти смиренности и стыдливости, сама обняла и крепко поцеловала.
И ничего что время от времени в кабинет заглядывали крепостные со своими важными делами. Господа заняты своими господскими делами и не фиг там заглядывать!