Десять дней эсминец курсировал по системе, выжидая очередной рейд охотников за лёгкой наживой. И вот, наконец, три часа назад, возле одного из спутников дальней от звезды обитаемой планеты открылась зона перехода, выпуская из себя корабль-носитель, переоборудованный из неповоротливой, но крайне вместительной и комфортабельной для своего класса, мобильной исследовательской базы, и две транспортные баржи. Всё закончилось, толком не успев начаться – «Агамемнону» потребовалось пять минут на то, чтобы вынырнуть из-за противоположной стороны планеты, где он как раз находился в этот момент.

Джон даже не успел связаться с капитаном неизвестного корабля – стоило тому заметить массивный силуэт эсминца, как пиратский «авианосец» резко начал разворачиваться, насколько это позволяла его конструкция, предпринимая попытку увеличить дистанцию до «Агамемнона, уйти в тень спутника и воспользоваться его диском как укрытием для открытия зоны перехода и бегства. Менее манёвренные баржи не могли повторить его манёвр с той же лёгкостью, а значит, как понял Шеридан, им отводилась роль живого щита, чтобы прикрыть улепётывающий корабль от возможного огня на поражение.

Джон скривился, словно от зубной боли, слыша перехваченные связистом крики негодования и отчаяния, раздававшиеся с чудом не разваливающихся при резкой смене курса барж. Забота о ближних определённо не входила в перечень пиратских добродетелей – капитану пиратского корабля было плевать на остающихся на рубеже атаки соратников. Хоть происходящее не вызывало у мужчины особенного восторга, но, во-первых, он трезво осознавал, что бы сделали эти самые пираты с обитателями практически беззащитной колонии, а во-вторых, они сами выбрали свой путь по жизни, который привёл их сюда.

«Агамемнону» потребовались ровно два полных залпа курсовых орудий – на секунду рассеивая извечный мрак космоса, с носа эсминца ударили светящиеся багровым накалом лучи, безукоризненно нашедшие свои цели. Первый залп практически испарил обе баржи, так и не успевшие до конца сменить свой курс и уйти в сторону. Обычно Шеридан старался не уничтожать корабли без крайней необходимости, но в данном случае выбора было не слишком много – баржи были слишком малы и слишком неудачно расположены, чтобы прицельным выстрелом уничтожить их двигательные установки, давая экипажу шанс на жизнь, а третий корабль имел все шансы успешно сбежать из системы, чего Джон позволить никак не мог. Поэтому второй залп довершил работу – точное попадание в центр корабля, яркой, но короткой вспышкой осветившее поверхность спутника (взорвался реактор), поставило точку в этом коротком сражении.