— Я… не знаю, — наконец ответил он. — Но вероятность, как видно, процентов пятьдесят.

— Эд… это…

— Ужасно? Да. Узнать, что ты сын самого ужасного человека, которого мечтал засадить несколько лет, не очень-то приятно.

— Может, он солгал?

— Но зачем ему лгать?

— Чтобы сбить тебя с толку? — предположила она.

— Не знаю, — вздохнул Эд. — Я узнаю у него, когда вернусь в своё время. Если меня не встретит, конечно, то ужасное государство.

— Неужели на этом конец? Неужели я так и не смогу вернуть Стефана? Неужели он в любом случае погибнет?

— Эль, мне жаль, правда. Я знаю, что значит, потерять родного человека. Я недавно потерял сына. Но мы не можем их вернуть, как бы нам этого ни хотелось. Мне кажется, такими вещами распоряжается сила, стоящая выше всех нас.

— Ты хочешь сказать, что Бог?

— Бог или не Бог. Никто не может с точностью сказать, что находится там. Но все-таки я думаю, что там что-то есть. По крайней мере, пытаюсь верить в это. Вера в то, что человек, которого ты любил, попал в мир лучший чем тот, из которого он ушёл, очень… утешает.

— Не знаю. Возможно.

— Пообещай, что не станешь больше ничего делать, — попросил он.

— Я не…

— Эль.

— У меня правда будет хорошая жизнь?

— Очень хорошая.

— Тогда я… постараюсь.

ПАРИЖ, 2048 ГОД