— Это их не сломает.

— Верно. Но ослабит. Если потом удастся спровоцировать их вторжение в Китай и поставить в условия тяжелой партизанской войны, то вот это — сломает. И даже корейцы не помогут. У них просто произойдет надлом вроде того, что наблюдался во Франции после завершения Наполеоновских войн.

— А это не приведет к тому, что Китай превратится в новую Японию? Только больше и сильнее.

— Две тысячи лет направленного отбора не могут пройти бесследно. Из тех сорока тысяч на миллион потенциального мобилизационного потенциала хорошо если сотня пригодна к воинской службе. Ну хоть как-то. По духу. По психотипу. Остальные насквозь гражданские люди. При любом раскладе.

— А они справятся при таком раскладе? — нахмурился Петен.

— Сами? Нет конечно. Нам придется туда отпускников отправлять и воевать за них. Иначе без шансов. На островах люди по-бодрее. А эти… — махнул рукой Фрунзе. — Что и позволит нам с одной стороны надломить Японию, а с другой — создать колосса на глиняных ногах, удобного для контроля над Востоком. Тут, я полагаю, нужно будет сделать маленькую уловку. Когда японцы втянутся в этот конфликт в Китае по самые уши — Вашингтонский договор отменить или расширить. Так, чтобы линкоры можно было строить до ста тысяч тонн водоизмещением каждый.

— Нам тоже?

— Ну парочку построим. Чего уж? Главное, чтобы японцы во все это поверили, испугались и бросились себе строить.

— Допустим… ладно… есть спорные моменты, но в целом — согласен. Интересно выглядит. Открытая война с японцами ни вам, ни нам не нужны. Во всяком случае не сейчас. Хм. Отдайте мне Италию. — резко сменил Петен тему.

— Беннито мой друг.

— Понимаю. Но Италия мне очень нужна. Это ведь центр Западной Римской Империи. Вы свой Константинополь забрали. А мне как быть с Римом?

— Турция — независимая страна.

— Ну конечно, — усмехнулся Петен. — Только она этими договорами повязана по рукам и ногам. И не в состоянии даже дернуться. Тем более эти базы и наращивание русского присутствия в Константинополе. Ведь оттуда выезжают довольно многие, переезжая в Анкару. А ваши люди едут.

— Что это меняет?

— Отдайте мне Италию. Зачем она вам? Дружба дружбой, но ведь вопрос политический. Серьезно. Какой вам в ней толк?

— Я поддерживаю Беню только потому, что против него выступает Ватикан, который в этом конфликте продался протестантам.

— Да, Ватикан повел себя нехорошо.

— И он должен быть наказан. И очень сурово, ибо предал свою веру. Тем более, что за ним масса всяких непотребств числится. Тут и нарушения обета безбрачия высшими иерархами, и педофилия, и содомия, и симония… чего там только нет.