Вот товарищ Лебедев несёт бревно.

Вот товарищ Минаев рассказывает режиссёру, как нужно установить камеру.

Вот товарищ Лебедев пробирается через джунгли.

Вот товарищ Лебедев объясняет товарищу Минаеву, как нужно установить на пляже сети от акул.

А вот я в панаме, лежу на пляже в шезлонге, смотрю на море и ничего не делаю.

По окончании документального киношедевра включил свет и вопросительно посмотрел на мидовца.

— Неплохо, — причмокнул он, — только во рту слишком приторно стало.

— Вам не угодишь, — нахмурился я. — То не так, сё — ни эдак.

— Надо более реализма придерживаться, а не строить «потёмкинские деревни». И кстати, раз уж речь зашла о деревнях, то у меня есть к тебе вопрос: как ты снял то, что мы не делали? Ведь я не руководил постройками домов и не таскал никакие брёвна для декораций.

— Это всё монтаж. Взяли кадры, где были случайно засняты Вы. И совместили с кадрами, которые были сняты в другом месте и в другое время.

— А бревно?

— Это несёт совсем другой элитник, — пояснил я и посмотрел на Минаева, предлагая тому присоединиться к дискуссии.

— Да, Саша. Что-то ты переборщил с похвалой, — «неожиданно» для всех согласился с мидовцем тот и, видя, что я собираюсь возражать, повернулся к американцу: — А Вы что скажете, господин Тейлор?