— Было бы очень неплохо применить такую штуку и в нашей кошачьей службе, — намекнул центурион, возглавлявший селекционные работы в изъятом из ведения слишком гуманных "гречанок" и взятом под военный контроль кошачьем питомнике, — Коллеги из кинологической службы ожидают этим летом из Оссонобы новых скрещенных с волками собак. По идее, их рык должен пугать кошаков сильнее, чем лай обычных собак. Запись на диск могла бы помочь в дрессировке наших стервецов для привития им хороших манер.

— Вряд ли выйдет, — усомнился Артар, — В метрополии мы посещали кинологов и наблюдали эту гибридную породу. Эти псины обучаемые, чем и хороши, но в остальном ведут себя почти как настоящие волки. Они лают или воют только для подачи сигнала, но мы ни разу не слыхали, чтобы они лаяли или рычали при атаке. Атакуют всегда молча.

— Больше будет толку, если обыкновенными дворнягами затравить подлежащего выбраковке кошака, — посоветовал Кайсар, — Они же ещё и не умеют толком убивать, так что рвать его будут долго, и орать он будет не две секунды и не десять, а все двадцать как минимум, и орать так, что убедительнее просто некуда, — половина зала рассмеялась, — У матюгальника перед мембраной записывающего аппарата мордой его зафиксируй, чтобы только туда и мог орать, ну и спускай на него свору дворняг. Вот такую запись правильно поймут и самые сволочные из твоих кошаков. Особенно, если казнь с записью у них же на глазах и произвести, чтобы не только ассоциации были, но и конкретные воспоминания. В смысле, сначала воспитательные меры как последний шанс, ты же не садист какой-то там, а вот когда кошак не поймёт по-хорошему, тогда уже и репрессии к нему применишь.

— Как ты это дело себе представляешь? — заинтересовался главный кошатник.

— Да элементарно же. Насрал тебе, допустим, этот лохматый стервец в тапок, и терпение у тебя лопнуло. Значит, подготавливаешь в центре двора аппаратуру, все кошаки в клетках по периметру двора — чтобы наблюдали за процедурой в воспитательных целях. Ну и свора дворняг, естественно, наготове. Если обгавкают кошаков в клетках, будет ещё лучше. Как раз в правильный настрой их приведут. Ну, не всё сам, конечно, помощники у тебя на это есть. А вот после этого уже сам берёшь этого кошака за шкирку, берёшь свой сраный тапок и выносишь во двор на всеобщее обозрение. Деревянной щепкой цепляешь говно из тапка и предлагаешь ему съесть его добровольно, — весь зал грохнул от хохота, — Причём, если съест, то ты его помилуешь. Но это — вряд ли, сам понимаешь. Тогда берёшь его за шею, сжимаешь и фехтовальным выпадом впечатываешь мордой в колонну. Второй раз предлагаешь ему съесть своё говно по-хорошему. Скорее всего, не поймёт и упустит свой последний шанс на помилование. Впечатываешь мордой в колонну три раза подряд и теперь уже не предлагаешь, а принудительно запихиваешь ему его говно в глотку, и тогда уже фиксируешь его башку перед матюгальником и даёшь команду на спуск собак. Те его рвут, он орёт как ненормальный, остальные кошаки наблюдают это дело и мотают на ус, а аппаратура записывает его предсмертный ор для последующих воспроизведений в целях воспитания остальных, если они хреново усваивают хорошие манеры.