Пленных гуанчей обоего пола числом около семи десятков после обработки их ран отправили под конвоем в строящийся на месте будущего города военный лагерь, а из него подошли пять команд кинологов с собаками. Теперь мы могли преследовать дикарей и в лесу, не опасаясь серьёзных потерь в их засадах. В принципе их вождь мог вести своих и всё это время чем дальше, тем лучше, но с учётом мирняка и раненых — маловероятно. В пещере какой-нибудь неподалёку заныкались наверняка. Ну не было собак у торговавших с ними наших купцов, и на наличие их у нас они не рассчитывали. А зря, очень зря!

Так оно примерно и вышло. Цепи стрелков с одной командой кинологов ниже по склону ни на кого не наткнулись, но они и двигались там просто на всякий пожарный. Кто же атакует и обстреливает снизу вверх? Втрое сильнее нижнего и с тремя командами кинологов было наше охранение выше по склону. Там-то и ожидали нашу колонну одна за другой три засады. Но собаки учуяли их загодя, а у дротиков против винтовок и роговых луков какие шансы? Конечно, заросли играли свою роль, и солдатам приходилось вести стрельбу наугад, но при нашем перевесе в численности это компенсировалось плотностью огня. Неся потери в каждой засаде с недосягаемого для их дротиков расстояния, дикарям только и оставалось, что отходить, кто ещё был в состоянии.

Гуанчи постарались замести следы в том месте, где их толпа свернула с тропы к пещере. Но собаку этим разве нагребёшь? Вскоре обнаружился и замаскированный наспех ветками вход в их убежище, явно расширенный в своё время для удобства использования.

— Я так и знал, — хмыкнул Володя, заглянув внутрь, — Без света и не зная ухабов нормально хрен пройдёшь, да и идти можно только по одному гуськом. Ага, дураков типа нашли! Ну прямо как малые дети, млять!

Настоящая пещера редко когда имеет только один вход. Обычно их два, бывает и больше. Придав трём командам кинологов по центурии солдат, я разослал их на розыск других входов, сколько бы их ни оказалось. Вскоре обнаружились ещё два, один не хуже найденного первым, а последний — узкий лаз, через который крупный человек проберётся разве только ползком. И каменюки над ним расположены удачно — до хрена взрывчатки не потребуют. Выдолбив нишу, заложив в неё заряд и рванув его, наши сапёры завалили эту лазейку до полной непроходимости. Изнутри хрен расчистишь, только снаружи, и это работёнка уж всяко не для одного человека, пускай им будет и самый дюжий из гуанчей. С другим, который был пошире этого, такой номер не прокатил, но рядом с ним хватало увесистых валунов, а у нас хватало людей, чтобы завалить его врукопашную настолько же надёжно. Больше лазеек кроме самого первого входа кинологи не обнаружили, хоть я и задал им значительно увеличенный на всякий пожарный радиус поиска. От сюрпризов мы себя таким манером обезопасили. К нашему возвращению бойцы Волния уже натащили пару хороших куч сухого валежника и продолжали подносить ещё, а сам мой наследник с одним из его цкнтурионов руководили правильной раскладкой больших костров у самого входа в пещеру. Дело близилось к развязке, и я велел привести самого ходячего пленного дикаря из захваченных на местах их засад.